Сосновый Бор. В партийном комитете электростанции

Смена жизненного вектора

После моего увольнения с электростанции в связи с переходом на выборную должность 1 сентября 1977 года я был утверждён Ломоносовским ГК КПСС в должности секретаря партийного комитета Ленинградской АЭС имени В.И. Ленина. Так начался новый и длительный этап моей трудовой деятельности, который будет наполнен большими делами и интересными событиями.

Какое-то время я привыкал к новой для себя роли, но полученный ранее опыт партийной работы на общественных началах давал себя знать – я довольно быстро вошел в ритм текущей работы партийного комитета. Хорошую поддержку я на первых порах получил в   Ломоносовском горкоме партии.

Кстати, при этом переходе я автоматически перешел и на должностной оклад партийного работника, который был заметно ниже моего предыдущего на электростанции. Однако партия «не бросала в беде» освобожденных партийных, профсоюзных и комсомольских работников. Им разрешалось получать премиальные выплаты от предприятий, где они работали, в тех же размерах, что и раньше. Правда, для этого бюро соответствующего горкома (райкома) партии ежемесячно принимало соответствующее постановление об их премировании на каждом предприятии, где имелись эти штатные единицы. В принципе на заседании бюро могли лишать премии полностью или частично конкретного освобожденного работника за упущения, но я не припомню такого случая в своей практике. К тому же за освобожденными работниками сохранялся стаж, соответствующий условиям труда на их прежней работе.

У меня образовался большой круг соратников и надежных помощников, в первую очередь это были секретари цеховых партийных организаций и мой заместитель по организационной работе Трёшкин Александр Иванович, мастер электроцеха, опытный специалист своего дела. Под руководством парткома умело работал с молодежью станции секретарь комитета ВЛКСМ Сапожников Леонид Яковлевич, прибывший к нам с одного из оборонных предприятий Дальнего Востока. Хорошее взаимопонимание нашли мы с председателем профсоюзного комитета Тычкиным Геннадием Константиновичем. И, конечно, большую помощь и поддержку мне в работе оказывал директор станции Луконин Николай Федорович.

В октябре 1977 года прошла VIII конференция Ломоносовской городской организации КПСС, в работе которой я участвовал в качестве делегата от парторганизации ЛАЭС имени В.И. Ленина. Этим началась большая череда моего участия в качестве делегата или приглашенного на партийных, хозяйственных, советских и комсомольских мероприятиях различного рода – конференциях, собраниях актива, заседаниях коллегий, совещаниях, семинарах и т.п. Теперь это становилось неотъемлемой частью моей работы.

4 ноября 1977 г. была сдана под монтаж металлоконструкций шахта реактора третьего энергоблока. 
Суммарная выработка электроэнергии ЛАЭС превысила 30 млрд киловатт-часов с начала пуска

Страна готовилась отметить знаменательную дату в своей новейшей истории – 60-летие Великого Октября. Строители, монтажники и энергетики успешно выполняли принятые в честь этого события свои социалистические обязательства. По просьбе редакции областной газеты «Ленинградская правда» я подготовил небольшую заметку, которая была помещена в праздничном выпуске газеты. 

«ПЛЮС ЭЛЕКТРИФИКАЦИЯ» 
В. БАБАНИН
секретарь парткома ЛАЭС имени В.И. Ленина 

В декабре прошлого года почти одновременно произошли два примечательных события. Первенцу ленинского плана ГОЭЛРО – Волховской ГЭС – исполнилось полвека. И в эти же дни с распределительного устройства Ленинградской атомной электростанции имени В.И. Ленина ушли последние киловатт-часы десятого миллиарда, выработанного станцией с начала первого гола десятой пятилетки. Сейчас суммарные счетчики ЛАЭС фиксируют киловатт-часы тридцать первого с пуска станции миллиарда. Это почти в два раза больше, чем Волховская ГЭС выработала за всю свою историю.

Первенец великого ленинского плана и ЛАЭС разделены не просто пятью десятками лет. Их разделяет целая эпоха. Эпоха свершений советского народа, этапы поистине грандиозного пути, проделанного нашей Родиной под руководством Коммунистической партии.
Ленинградская атомная как бы вобрала в себя всё то, что было достигнуто нашей страной за 60 лет Октября.
В создание атомной энергетики закономерно вписываются и первые битвы за власть Советов, и победа в Великой Отечественной войне. ЛАЭС не могла бы появиться, если бы не было в нашей истории Магнитки и Кузнецка, если бы не появилось «русское чудо», как называла западная печать первую советскую атомную электростанцию в Обнинске.

Проектная мощность 1-й очереди ЛАЭС была достигнута в канун XXV съезда КПСС. Теперь каждый час станция в Сосновом Бору посылает в объединенную систему Северо-Запада огромное количество энергии.
Но на берегу Финского залива снова кипит стройка. Снова рычат бульдозеры, встал лес кранов. Широким фронтом идут работы, и не за горами тот день, когда дадут энергию новые блоки Ленинградской атомной. Общая мощность ядерного гиганта достигнет четырёх миллионов киловатт!
Вот какие свершения по плечу советскому народу, празднующему 60-летие Октябрьской революции. Той самой революции, великий вождь которой провозгласил бессмертную формулу» «Коммунизм – это есть Советская власть плюс электрификация всей страны».

Вечером 6 ноября руководство станции, партком, профком и комитет комсомола завершили все подготовительные операции по участию энергетиков в предстоящей праздничной демонстрации трудящихся. Со спокойной совестью я отправился домой, чтобы утром 7 ноября выйти во главе колонны тружеников ЛАЭС имени В.И. Ленина и пройти мимо городской трибуны, демонстрируя единство народа и партии, уверенность энергетиков в своих силах и настрой на успешный ввод в эксплуатацию и освоение мощности новых энергоблоков станции.

Около двух часов ночи меня разбудила жена:

– Вставай, там к тебе пришли, срочно вызывают на работу.

– Слава Богу, что сейчас не 37-й год, – мелькнула у меня мысль, когда я увидел стоящего у входа в мою квартиру Трифонова В.С., начальника городского отдела КГБ. Через пять минут мы с ним уже мчались на машине к станции. Оказывается, в милицию поступил звонок о мине, заложенной на ЛАЭС, которая должна быть взорвана во время праздничной демонстрации.

Через полчаса на станции в кабинете директора собрался небольшой аварийный штаб. Поскольку директор ЛАЭС Луконин Н.Ф. в это время находился в Москве, здесь были В.П. Муравьев, А.П. Еперин, В.М. Бабанин, В.С. Трифонов и несколько представителей города и стройки. Мы пригласили на совещание также начальника смены станции, находившегося на дежурстве. Все мы понимали, что с большой вероятностью сигнал о минировании является ложным, но рисковать никто не имел права.

Были определены наиболее уязвимые места в помещениях и на внешнем станционном оборудовании, повреждения в которых могли оказать существенное влияние на работу энергоблоков. Персонал станции, кроме НСС, не был информирован об истинных целях масштабной и тщательной проверки, которую сами же работники смены осуществляли этой ночью. К утру проверки закончились, не выявив на станции ничего подозрительного. Мы же, распив бутылку коньяка, которую Муравьев В.П. достал из своих старых запасов, отправились по домам, чтобы менее чем через час выйти на праздничную демонстрацию. И хотя я был полностью уверен в отсутствии причин для беспокойства, только после окончания демонстрации я вздохнул с облегчением.

Кстати, позднее я проанализировал информацию о подобных ложных сообщениях по АЭС США. Оказалось, там это было и остается весьма распространенным явлением.

В конце года мою жену перевели на должность техника химической группы цеха наладки, как бы предвосхищая предстоящее завершение её учёбы в техникуме. Следует заметить, что этот факт понравился не всем в её окружении, что впоследствии проявится в довольно неожиданной форме.

В начале января 1978 года у дирекции электростанции возникла довольно острая конфронтация с городскими властями по жилищному вопросу. Я предложил свою помощь по линии обкома партии. Вот как вспоминает эту ситуацию Н.Ф. Луконин в книге Е.А. Козловой «Николай Федорович Луконин. На службе у атома»:

«Мне позвонил председатель местного горисполкома: «Николай Федорович, вы должны нам на город выделить двадцать пять процентов от вводимого жилья». Я, конечно, возразил: «Простите, вам положено всего пять процентов, и при условии, что вы в министерство подадите заявку, кому отдадите это жилье. Вы даже этого не сделали. А вы просите еще вместо пяти двадцать пять процентов. Пять процентов  я зарезервировал, а больше вы ничего не получите». Меня вызывают потом в местный (Ломоносовский – В.Б.) горком партии. Я говорю своему секретарю парторганизации: «Валерий Михайлович, не ввязывайся в это дело, не защищай меня, так как тебя и снять могут, а меня Ефим Павлович в обиду не даст, им не под силу меня уволить». Вызвали и спрашивают: «Почему не даете двадцать пять процентов?» Опять объясняю. «А ты знаешь, в какой ты партийной организации работаешь?» — «Знаю, в Ленинградской». — «А что это значит?» — «Обычная партийная организация, Ленинградская. Я в других местах работал, в Красноярске в партийной организации Красноярска-26 состоял». И начали меня воспитывать. Я говорю: «Я за свою должность не держусь, если вы имеете право, можете снимать или исключать из партии, но учтите, что мы уже распределили квартиры по очереди, и все знают, кто в какую квартиру въезжает, и в каком доме будет получать. Хотите неприятностей? Вы их получите». Он сразу сообразил и на попятную: «Ну ладно, Николай Федорович, вы сами договаривайтесь с председателем горисполкома». Конечно, я им ничего не отдал. Потом они поняли, что я не отступлюсь, и у нас отношения наладились».

В конце февраля 1978 года состоялась моя первая поездка в Москву для участия в расширенном заседании коллегии Минсредмаша. Мы вместе с Лукониным Н.Ф. разместились в уютной министерской гостинице на наб. М. Горького, где мы проживали когда-то вместе с моим коллегой А.В. Филипповым во время стажировки в ИАЭ им. И.В. Курчатова.

Утром мы вдвоём с директором ЛАЭС отправились на метро до станции «Новокузнецкая», недалеко от которой на ул. Большая Ордынка, 24 в массивном сером здании располагалось Министерство среднего машиностроения СССР. Я впервые оказался здесь, в «цитадели» одной из важнейших оборонных отраслей нашей страны, и с интересом разглядывал окружающую меня обстановку. Расширенное заседание коллегии проходило в Большом зале, который более чем наполовину заполнили работники министерства и приглашенные. На сцене за столом президиума находилось руководство министерства и представители от ЦК КПСС и Совмина СССР. 

Выступивший с докладом о работе министерства Славский Ефим Павлович, дал развернутый анализ состояния дел в отрасли в свете задач, поставленных партией и правительством. В докладе прозвучали положительные оценки по нашей станции, что было приятно слышать и мне, и Николаю Федоровичу.

Выходившие затем на трибуну руководители главков, организаций и предприятий дополняли общую картину информацией о положении дел на своих участках. Министр нередко реагировал на их выступления, вступал в диалоги или критиковал за отдельные промахи и упущения. Так после выступления начальника приборного главка, который попытался объяснить срыв плановых заданий по одному важному объекту недопоставкой нужных приборов из США, Славский дал ему команду срочно наладить производство этих приборов у себя и доложить об этом через год на следующем расширенном заседании коллегии. Забегая вперед, следует отметить, что это поручение Министра было выполнено, о чем начальник главка доложил в феврале 1979 года.

Обращаясь к выступавшим, он нередко подчеркивал:

– Многим из нас, сидящих в этом зале, должно быть стыдно, что мы не сделали этого вовремя, несмотря на прямые указания Центрального Комитета партии.

Мне понравилась такая глубоко партийная позиция министра по отношению к выполнению поручений ЦК КПСС. В целом заседание коллегии министерства у меня оставило хорошее впечатление.

На следующий день все секретари парткомов предприятий, присутствовавшие на коллегии, по существовавшей традиции были приглашены на совещание в ЦК КПСС, где с ними «плотно поработали» заведующий Отделом оборонной промышленности ЦК КПСС Сербин Иван Дмитриевич и заведующий сектором среднего машиностроения Отдела Рябев Лев Дмитриевич.

Я впервые попал в главное здание на Старой площади, где размещался аппарат Центрального комитета партии, и тем более на такое серьезное мероприятие как совещание с руководством одного из отделов ЦК. Помимо общей и важной информации о текущей ситуации в экономике и нашей отрасли нас подробно проинструктировали по задачам партийных организаций на местах в свете задач, поставленных перед министерством. Кроме того, желающим секретарям парткомов была предоставлена возможность высказаться по злободневным вопросам. Я в данном случае воздержался от каких-либо выступлений, мне было достаточно усвоить все уже услышанное на коллегии и здесь на совещании. В дальнейшем я еще неоднократно приезжал на коллегию Министерства, и каждый раз присутствовал на совещаниях в Отделе оборонной промышленности.

В соответствии с поручением Ломоносовского горкома КПСС наша электростанция осуществляла шефство над одной из воинских частей ПВО (в/ч 3214, командир части полковник Белобровкин В.Н.), расположенной в нескольких десятках километров от нашего города и прикрывавшей северную столицу с западной стороны. У меня сложились теплые дружеские отношения с начальником политотдела воинской части майором Кураевым Михаилом Яковлевичем. В то время была широко распространена практика материальной поддержки воинских частей со стороны предприятий, и ЛАЭС помогала, по мере возможности, подшефной ракетной части материальными ресурсами.

С Кураевым М.Я. и Белобровкиным В.Н. я неоднократно встречался на их территории. В один из погожих летних дней руководство части организовало на лоне природы (или просто на поляне) большое торжество, посвященное 20-летию образования в/ч 3214. Я вместе с инструктором Ломоносовского горкома партии был в числе приглашенных гостей. У меня остались приятные впечатления от этого неординарного торжества, где мы прекрасно провели время в кругу своих друзей.


Я побывал на командном пункте управления ракетным комплексом, наблюдал как осуществляется постоянный контроль над воздушной обстановкой не только на границе, но и далеко за ней. Несколько раз я со своей семьей приезжал в расположение части, где мы собирали грибы в закрытой зоне, а мои дети ходили в густой траве между зенитными установками и даже с разрешения хозяев изучали вблизи «матчасть».

Через какое-то время по просьбе руководства части я организовал для Белобровкина В.Н., Кураева М.Я. и прибывших к ним с инспекцией генерала с двумя полковниками, экскурсию на первый энергоблок ЛАЭС, чем все они были чрезвычайно довольны. Кроме того, я договорился со своим братом Виктором, у которого на заводе скопилось много неликвидов, передать их нашей подшефной воинской части. Кураев М.Я. лично отправился в Ленинград и вдвоем с водителем на большом военном грузовике с прицепом привезли к себе в часть различный металлопрокат, стройматериалы, арматуру и прочие вещи, столь нужные военным для нормального обустройства их хозяйства.

Позже Михаил Яковлевич Кураев получил направление на учёбу в академию, мы тепло и грустью попрощались друг с другом. К сожалению, в дальнейшем наши пути уже не пересекались, но у меня навсегда остались приятные воспоминания об этом всесторонне развитом и удивительно компанейском человеке.

15 мая 1978 года на второй очереди станции начаты работы по монтажу графитовой кладки реактора третьего блока

18 мая 1978 года состоялось собрание партийного актива Ломоносовской городской организации КПСС с повесткой: «Книга Л.И. Брежнева «Возрождение» и задачи партийных организаций по дальнейшему повышению уровня организаторской и политической работы. Задачи Ломоносовской городской партийной организации, вытекающие из решения пленума Ленинградского обкома КПСС от 19 апреля 1978 г. «О дальнейшем повышении уровня работы первичных партийных организаций в свете требований XXV съезда КПСС». Первым в прениях по докладу секретаря горкома КПСС Богачева А.Г. выступил секретарь парткома ЛАЭС имени В.И. Ленина.

Между тем на второй очереди ЛАЭС имени В.И. Ленина возрастали темпы строительно-монтажных работ. А на первом и втором энергоблоках продолжалось освоение новой техники, которое сопровождалось не только успехами, но и неудачами. К тому же нередко проявлялось стремление администрации электростанции вину за большинство ошибок переложить на оперативный персонал.

На очередном заседании парткома было решено провести серьезный анализ наших неудач, в том числе причин взрыва газгольдера, несчастного случая со смертельным исходом, ядерно-опасного режима и др. В целом партком прошел спокойно – слишком явно просматривались конструктивные недоработки, среди которых блекли упущения оперативного и ремонтного персонала. Было отмечено также, что примеры неудовлетворительной эксплуатации оборудования и снижения качества работ в известной степени связаны с взаимоотношениями в коллективе. В этой части были высказаны претензии к главному инженеру станции и его заместителям.

В июне моя супруга Светлана успешно защитила дипломный проект и завершила учёбу в ЛТЦБП, получив квалификацию техника-технолога. Должен отметить, что на протяжении всей её учёбы в техникуме мне пришлось, по сути, осваивать вторую специальность. Помогая жене выполнять курсовые и дипломный проекты, я открыл немало нового и познавательного для себя в области целлюлозно-бумажной промышленности и деревообработки.

Еще в 1977 году Светлана съездила в Крым по путевке, где отдохнула и слегка поправила свое здоровье в Евпатории. Крым ей очень понравился, и мы решили на следующий год съездить туда вдвоем, предварительно отправив дочь и сына на все лето к бабушке в деревню в Горьковскую область. Профком выделил нам две путевки в отраслевой дом отдыха «Судак». Ехать  в Крым мы решили на своей автомашине – это было естественное решение, так как я уже приобрел достаточный водительский опыт, ежегодно дважды курсируя по маршруту «Ленинград-Горький», отправляя детей на лето в деревню, а затем забирая их домой. Подробности этой поездки в Крым можно посмотреть по адресу: В Крым впервые на автомобиле -1978 год.

Создание Сосновоборского горкома КПСС

В сентябре 1978 года я вместе с членами парткома начал готовить отчётно-выборное собрание первичной партийной организации ЛАЭС. Одновременно, в середине сентября произошло важное событие в жизни коммунистов нашего города.

До 1978 года первичные партийные организации сосновоборских предприятий входили в структуру Ломоносовской городской организации КПСС. Однако в связи с бурным ростом города, усложнившимися задачами по строительству важнейших промышленных объектов, ЦК КПСС принял решение о создании Сосновоборской городской партийной организации. К этому времени отряд сосновоборских коммунистов насчитывал уже более 3000 человек. Одновременно с этим Ломоносовская городская партийная организация была преобразована в районную, а горком – в райком партии.

В городе был создан оргкомитет по подготовке 1-й конференции Сосновоборской городской организации и формированию аппарата городского комитета партии. В оргкомитет вошли: Перекрестов Л.Г., работавший ранее председателем Выборгского райисполкома, Бычков С.К., секретарь парткома Северного управления строительства, Маркина Л.Г., бывший работник Ломоносовского горкома партии, Таболин Н.М. и Ворожейкин В.Н. из Ломоносовского района. Началось формирование аппарата горкома, в основном, из партийных активистов сосновоборских первичных парторганизаций.

Уже был почти готов отчетный доклад на собрание и была назначена дата его проведения, когда вдруг меня пригласил в оргкомитет С.К. Бычков. Он сообщил «радостную» весть, что моя кандидатура одобрена обкомом на должность заведующего промышленно-транспортным отделом создаваемого Сосновоборского горкома КПСС.

Не раздумывая, я решительно отказался от этого предложения. Однако давление на меня продолжалось. К уговорам подключился Перекрестов Л.Г., будущий первый секретарь горкома, а через день в парткоме появилась «тяжелая артиллерия» – пришел лично секретарь ОК КПСС Можаев Павел Петрович, курировавший оргработу. Он буквально «с порога» потребовал моего согласия на работу в аппарате горкома и заявил, что необходимо перенести дату отчётно-выборного собрания и провести его после 1-й конференции Сосновоборской городской партийной организации, где будут поставлены задачи перед коммунистами города. Можаев П.П. взял у меня второй экземпляр моего отчётного доклада, чтобы «хорошенько изучить его в Ленинграде».

Несмотря на сильнейшее давление со стороны я, заручившись поддержкой своего директора Луконина Н.Ф., стоял «насмерть». Моя позиция была чёткой – я участвовал в пуске первой очереди ЛАЭС как начальник смены станции, а теперь я должен повторить это же на второй очереди станции в качестве секретаря парткома.

Вскоре на меня снова вышел Бычков С.К.:

– У тебя только два выхода, или ты идешь в аппарат горкома, или находишь себе достойную замену.

После некоторых раздумий я предложил своему коллеге, начальнику смены станции Карпову О.В., испытать себя на партийной работе. На удивление он согласился, и я радостно сообщил об этом Станиславу Константиновичу. На следующий день Бычков С.К. позвонил мне и дрожащим голосом сказал:

– Ты что забыл, что у Карпова О.В. жена Марина Львовна, директор кинотеатра. Срочно ищи другую кандидатуру.

Не сразу я сообразил, в чём дело, почему мой друг, интеллигентный и образованный человек, Олег Владимирович Карпов, не устраивает оргкомитет. У меня в моей жизни никогда не возникало вопросов, связанных с национальностью людей. Русский, еврей, татарин, украинец, немец и др. для меня всегда были второстепенными понятиями, я привык судить людей и относиться к ним по их поведению в жизни и деловым качествам. Похоже, что я был слишком наивным человеком. По-видимому, именно в этом была причина отказа в моей кандидатуре. Позже я ещё не раз убеждался в существовании в партии негласных ограничений на продвижение по партийной карьерной лестнице людей определенных национальностей.

Перебрав с десяток кандидатов на свою замену в горкоме, я остановился на молодом коммунисте Шлыкове Евгении Ивановиче, который был начальником штаба ВУКС ЛАЭС. К моему большому удовольствию эта кандидатура устроила оргкомитет, и от меня отступились. Так закончилась довольно непростая для меня жизненная коллизия, с разрешением которой мне удалось отстоять новую линию своей судьбы, которая только что начала формироваться.

В конце сентября, несмотря на внешние преграды, всё-таки состоялось отчётно-выборное собрание партийной организации ЛАЭС имени В.И. Ленина. Мой доклад был достаточно содержательным и злободневным, выступления коммунистов носили деловой характер. Особо хочу отметить «пламенное выступление» моего коллеги, НСС Л.А. Белянина. Вот как Леонид Алексеевич вспоминает об этом в книге «Ленинградская АЭС. Годы, события, люди».

«…Лучшая защита – нападение, поэтому попытался сказать правду об оперативном персонале управления на отчетно-выборном партийном собрании. Приведу часть моей речи: «В задачу оперативного персонала станции входит выполнение графика диспетчерских нагрузок, безаварийное ведение технологического режима, быстрая и оперативная ликвидация аварийных ситуаций. Для выполнения этих задач оперативный персонал должен обладать необходимой суммой знаний, реакцией, оперативностью. От него зависит безопасность, судьба плана, положительность технико-экономических показаний. Сложна работа энергетиков потому ещё, что оборудование, поставленное на станцию, является головным, имеет много конструктивных недоработок и у нас проходит проверку на право жить… В июне, например, на станции случилось 25 переходных режимов, 14 из которых пало на нашу смену. Были отказы оборудования и ошибки персонала.
И всё-таки ликвидируются недоработки проекта, что говорит о нашем умении отладить новую технику и внедрить в жизнь задумки ученых.  И далее. При обсуждении темы повышения эффективности использования оборудования мы и раньше почти единодушно заявляли о неспособности бывшего заместителя главного инженера В.П. Фукса войти в контакт с руководимым им коллективом, необъективности при расследовании аварий и браков в работе, что замедляет совершенствование техники. Опасность «фуксовского стиля» руководства заключается в том, что фабрикуются неправильные выводы, а, следовательно, выносятся неправильные решения».
Речь закончена. Аплодисменты. Председательствующий В.М. Бабанин в знак одобрения показал большой палец и сделал завинчивающие движения пальцами левой руки. В перерыве одобрительно отнеслись к критике В.Н. Сороколетов, Л.В. Шмаков и другие. Почему на руководство была направлена критика?
Управление недоработанным комплексом, каким был 1-й блок ЛАЭС, заставляло НСС вертеться между молотом и наковальней: с одной стороны, надо было срочно пустить и отрапортовать, с другой стороны, доработать технику и безаварийно, безопасно работать.
Говорят, даже у плохого актера есть свои поклонники – жена и дети. О любом событии и человеке могут быть десятки суждений одобрительных, критических, равнодушных, восхищенных, пренебрежительных, ироничных, снисходительных, высокомерных, трусливо-молчаливых или пошлых.
При освоении новой техники, головного образца случаи, которые можно было бы истолковать как правильные или смелые, решительные или мудрые, предоставляются ежесменно. Чаще в них нечистые люди находят ошибочные действия и с сарказмом говорят: «Опять этот оперативный персонал виноват». А контора после многодневных разборов диаграммных лент добавляет: «Здесь же всё предельно ясно».
Чаще то, что произошло, бывает неясно именно тем, кто больше знает, лучше разбирается и времени у которых для анализа и принятия решений слишком мало».

Мне трудно было не согласиться с суждениями моего коллеги, даже при некоторой неоднозначности его формулировок – я сам прошел на двух атомных электростанциях большую школу оперативного персонала и многое прочувствовал, как говорится, на «своей шкуре». Прения на собрании закончены. По результатам тайного голосования избран новый состав партийного комитета. Моя кандидатура получила 3 (три) голоса «против» при 290 «за». Я понял, что должен оправдать доверие своих товарищей. На первом заседании парткома я был единогласно переизбран его секретарём на новый срок.

2 октября 1978 года в Сосновом Бору произошло ещё одно важное событие – вместо ранее существовавшей комендатуры и городской погранзаставы был создан 5-й Ленинградский погранотряд Северо-Западного пограничного округа (в/ч 9816), в зону действия которого вошли все пограничные заставы, расположенные по берегу Финского залива от Ленинграда до Эстонии. Постановлением обкома партии на ЛАЭС было возложено шефство над новым погранотрядом.

А через десять дней, 12 октября 1978 года, во Дворце культуры «Строитель» состоялась первая конференция Сосновоборской городской организации КПСС. В работе конференции принял участие член Политбюро ЦК, первый секретарь Ленинградского ОК КПСС Г.В. Романов, ответственные работники обкома партии.


Конференция избрала Сосновоборский горком КПСС во главе с первым секретарем Л.Г. Перекрестовым. Секретарями были избраны С.К. Бычков и Л.М. Маркина. Был сформирован аппарат горкома, в котором организационно-партийный отдел возглавил В.Н. Ворожейкин, а промышленно-транспортный – Е.И. Шлыков. Председателем партийной комиссии был утверждён Б.П. Живаев, а городской комитет народного контроля возглавил Н.М. Таболин. В состав избранного бюро горкома вошли секретари ГК КПСС, председатель КНК Таболин Н.М., директор НИТИ Рязанцев Е.П., начальник СУС Семыкин И.И., секретарь парткома ЛАЭС Бабанин В.М., слесарь Сосновоборского машзавода Иванов А.А.

Таким образом, отстояв свою позицию в качестве секретаря парткома, я вместо заведующего отделом стал членом бюро горкома партии. Такого благоприятного и неожиданного для себя результата я, конечно, не ожидал! Теперь передо мной вставали более ответственные задачи, которые требовали к себе и более серьезного отношения.

Вскоре после организационной конференции коммунистов в Сосновом Бору возникла городская организация ВЛКСМ. В молодом городе, средний возраст жителей которого не превышал 26-27 лет, к этому времени численность комсомольцев достигла 10000 человек, составлявших большинство в Ломоносовской городской организации ВЛКСМ. Не случайно еще в начале 1978 года Х отчетно-выборная конференция комсомольцев была проведена не в Ломоносове, а в Сосновом Бору, откуда была избрана большая часть делегатов. На состоявшейся в декабре этого же года первой организационной конференции сосновоборских комсомольцев был избран горком ВЛКСМ, секретари - И. Алексеева (до этого первый секретарь Ломоносовского горкома ВЛКСМ), С. Савелов, представлявший комсомольскую организацию ЛАЭС, и Е. Гормин - от Северного Управления строительства.

В своё время соответствующим постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 3 февраля 1970 г. N 91 были введены ограничения на строительство объектов культурного, спортивного и административного назначения. В постановлении, в частности, отмечалось:

«…В ряде мест административные и др. общественные здания строятся вне плана под видом жилых домов, общежитий и школ либо за счет средств промышленных предприятий. Нередко на постройку административных и других общественных зданий отвлекаются дефицитные материалы с производственного строительства…»

Несмотря на это грозное постановление и в точном соответствии с этой негативной тенденцией в нашем городе (думаю, что и в других местах также!) продолжали использовать различные способы решения этого злободневного вопроса. Так, Дворец культуры «Строитель» строился как актовый зал ПТУ, а спортивно-технический комплекс ЛАЭС – как склад хранения графита. Начатое ранее строительство отдельного здания городских общественных организаций, которое должно было быть возведено за счет средств Гензастройщика города и частично Управления делами ОК КПСС, было законсервировано на нулевом цикле. К вопросу продолжения его строительства удастся вернуться лишь в 1985 году.

Исполком городского совета народных депутатов располагался в здании по улице Комсомольская, 19. По проекту оно предназначалось для комбината бытового обслуживания, но в силу необходимости приняло не только исполком, но и горвоенкомат. А вновь образованный горком партии пришлось разместить на третьем этаже административного здания Северного управления строительства по ул. Ленинградская, 7, там же, где в своё время находилась дирекция строящейся атомной электростанции. Горком комсомола разместился в этом же здании.

В парткоме и на второй очереди ЛАЭС

Параллельно с активизацией общественной жизни в городе продолжались работы на Ленинградской АЭС. Мои коллеги, начальники смен станции, брали новые серьезные производственные рубежи на второй очереди станции.

И мои задачи теперь также усложнились.  К прежним заботам руководителя партийного комитета добавились новые обязанности члена бюро горкома партии. Тем не менее, несмотря на загрузку вопросами организаторской и идеологической работы, регулярными совещаниями с секретарями   цеховых   парторганизаций и участием в работе горкома партии, я старался уделять достаточно времени непосредственно производству. Мне удавалось более или менее регулярно бывать на действующих энергоблоках, встречаться со своими бывшими коллегами. Периодически я отправлялся на стройплощадку второй очереди станции, где участвовал в оперативных совещаниях со строителями и монтажниками, интересовался подготовкой нового эксплуатационного персонала.

Одним из серьезных вопросов для парткома был прием в члены КПСС новых работников электростанции. Существовавшая тогда практика по нормам приема в ряды партии – не менее половины кандидатов должны были составлять рабочие и крестьяне – позволяла обеспечивать требуемый баланс по областной организации КПСС. Но при этом, как правило, лимиты на приём ИТР и служащих выбиралась в областных организациях и учреждениях, а до первичных парторганизаций доходили цифры по разнарядке – 60-70 процентов по приему рабочих. С таким подходом у нас были серьезно ограничены возможности по приёму в партию такой важнейшей для предприятия категории работников, как управленческий оперативный персонал. Партком вышел с ходатайством в городской и областной комитеты партии об увеличении доли принимаемых в партию ИТР в лице старших инженеров по управлению реакторами и турбинами. Одним из аргументов было то, что эту категорию можно было, при желании, рассматривать как высококвалифицированных рабочих, от которых в значительной степени зависит надежность и безопасность работы атомной станции. В результате нашей парторганизации удалось добиться определенного положительного сдвига в нужную сторону.

Ленинградский обком партии, держа под пристальным контролем ход строительства ЛАЭС, уделял большое внимание работе  горкома  КПСС  и парткома электростанции. Так в январе 1979 года я был приглашен  для  участия  в заседаниях XXIV конференции Ленинградской областной организации КПСС, а 30 января бюро обкома КПСС рассмотрело деятельность Сосновоборского горкома КПСС по подготовке и проведению выборов в Верховный Совет СССР.

В феврале мы с директором ЛАЭС Н.Ф. Лукониным снова отправились в Москву, чтобы принять участие в работе расширенного заседания коллегии Министерства среднего машиностроения СССР. На коллегии рассмотрели итоги выполнения плана 1978 года и задачи отрасли по обеспечению выполнения плана 1979 года в свете решений XXV съезда КПСС. На следующий день я снова посетил Старую площадь, где с секретарями отраслевых парткомов провели совещание в Отделе оборонной промышленности ЦК партии.

В марте 1979 года выработка электроэнергии с начала пуска станции достигла 50 млрд киловатт-часов электроэнергии

12-14 апреля 1979 года ЦК КПСС провел в Ленинграде Всесоюзную научно-практическую конференцию на тему: «Социалистическое  соревнование,  движение  за  коммунистическое  отношение  к труду – могучее средство развития творческой активности масс и воспитания нового человека». Мне довелось принять участие в пленарных заседаниях конференции и в работе одной из её секций.

В июне 1979 году в Сосновом Бору произошло важное для энергетиков и всех жителей города событие – на площади перед зданием Сосновоборского отделения ВНИПИЭТ (теперь здесь сквер Александрова) был открыт бронзовый бюст трижды Герою Социалистического Труда, президенту Академии наук СССР Анатолию Петровичу Александрову.

Справка. Анатолий Петрович Александров родился 13 февраля 1903 г. в городке Тараща Киевской губернии и вырос на сельском хуторе. Детство и юность Анатолия прошли в Киеве. Он учился в 1-м Киевском реальном училище, ставшем после революции 6-й трудовой школой. С 1916 г. он активный участник Физико-химического кружка, объединявшего учеников нескольких киевских средних школ.
Самостоятельную трудовую жизнь А.П. Александров начал, работая ассистентом в Киевском горном институте, электромонтером, электротехником, преподавателем средней школы, а затем в течение ряда лет (1924–30 гг.) совмещал учебу на физико-математическом факультете Киевского государственного университета с преподаванием физики и химии в школе, где проходили когда-то собрания Физико-химического кружка.
В 1930 г. судьба свела его с И.В. Курчатовым и А.П. Александров был приглашен на работу в знаменитый ленинградский Физтех. Перед началом Великой Отечественной войны А.П. Александров совместно с И.В. Курчатовым разработали метод защиты военных кораблей от магнитных мин (первые испытания состоялись в октябре 1938 г.), затем успешно применявшийся на советском военном флоте и на гражданских судах.
За разработку метода и технологии размагничивания кораблей А.П. Александрову и его ближайшим сотрудникам в 1942 г. была присуждена Сталинская премия I степени.
29 сентября 1943 г. Анатолий Петрович Александров был избран членом-корреспондентом Академии наук СССР по Отделению физико-математических наук. Начался новый этап в его творчестве, связанный с развитием ядерной энергетики.
В конце 1942 г. в Советском Союзе начинаются работы по «Урановой проблеме» – созданию атомного оружия. В разгар войны А.П. Александров по приглашению научного руководителя проекта И.В. Курчатова активно включается в эту работу.
В сентябре 1949 г. А.П. Александров стал заместителем И.В. Курчатова в так называемой Лаборатории № 2 (или Лаборатории измерительных приборов-ЛИП) Академии наук СССР, с ноября 1956 г. – Институт атомной энергии (ИАЭ).
23 октября 1953 г. А.П. Александров избирается действительным членом (академиком) АН СССР по Отделению физико-математических наук по специальности «физика».
В сентябре 1952 г. А.П. Александров был назначен научным руководителем разработки проекта АПЛ и её ядерной энергетической установки. Первая отечественная АПЛ, получившая наименование «Ленинский комсомол», в августе 1957 г. была спущена на воду. За ней последовали более совершенные разработки атомных подводных лодок трех поколений.
Параллельным курсом развивалась ядерная энергетика. В 1966 г. на А.П. Александрова было возложено научное руководство работами по созданию водо-водяных реакторов единичной мощностью 400 МВт (эл.) и уран-графитовых типа РБМК мощностью 1000 МВт (эл.).
25 ноября 1975 г. Общее собрание АН  СССР  единогласно  избрало  А.П. Александрова президентом Академии. Свое президентство он воспринял как очередное почетное и ответственное поручение.

Для жителей Соснового Бора особенно важным являлась его роль в выборе места для строительства Научно-исследовательского технологического института, а затем и Ленинградской атомной электростанции. Ещё в начале лета 1961 года, возглавляемая А.П. Александровым правительственная комиссия, после ознакомления   с побережьем Финского залива, отдала свое предпочтение тому месту, где и располагается сейчас НИТИ — единственный в стране научно-инженерный центр отработки корабельной и космической ядерной энергетики. Анатолий Петрович часто посещал НИТИ, при этом решал не только вопросы создания его научной и производственной базы, но и вопросы строительства г. Сосновый Бор, а также ЛАЭС. В свое время Анатолий Петрович любил повторять, что этот город должен быть красивым и удобным для ученых и исследователей, энергетиков и строителей, всех жителей города. Он очень любил эти места и говорил, что после ухода на пенсию переедет жить в Сосновый Бор.

Когда А.П. Александров был избран президентом Академии наук СССР, было выполнено его условие — остаться  директором  ИАЭ им. И. Курчатова. Даже когда он приезжал в Ленинград по делам Академии наук или по вопросам строительства новых кораблей, то практически всегда посещал НИТИ, подробно знакомился с ходом и результатами испытаний ЯЭУ на стендах-прототипах института. Когда в Правительстве СССР решался   вопрос о месте установки бюста академика А.П. Александрова как дважды (а в то время уже трижды) Героя Социалистического Труда, Анатолий Петрович обратился с просьбой установить этот бюст в Сосновом Бору, где расположены НИТИ и ЛАЭС, созданные по его воле и при непосредственном участии. Позднее, в 1996 г. НИТИ было присвоено имя академика А.П. Александрова, а в 1997 г. перед административным зданием института был установлен памятник А.П. Александрову, напоминающий современникам и будущим поколениям об основателе НИТИ и города.

Партком вместе с профкомом и комитетом ВЛКСМ уделяли постоянное внимание развитию физкультуры и спорта в коллективе энергетиков. Регулярно проводились соревнования между подразделениями по футболу, волейболу, настольному теннису и другим видам спорта, работники станции массово привлекались к сдаче норм ГТО по летним и зимним видам спорта. Была оказана всемерная поддержка большому энтузиасту парусного спорта Вячеславу Салькову. На ЛАЭС организовали секцию парусного спорта, а на отводящем канале электростанции построили помещение для яхт-клуба. При непосредственной поддержке заместителя министра Мешкова А.Г. были приобретены несколько современных крейсерских яхт. Самой первой из яхт дали звучное название «Ингрия».

Ингрия, Ижора, Ижорская земля, Приневский край – этнокультурный и исторический регион, расположенный по берегам Невы, ограниченный Финским заливом, рекой Нарвой, Чудским озером на западе и прилегающими к нему равнинами на востоке. В 1708 г.  эти земли вошли в состав обширной Ингерманландской губернии, с 1710 года – Санкт-Петербургской Губернии, а с 1927 году – Ленинградской области. 
Историческая Ингрия включает в себя город Санкт-Петербург и районы Ленинградской области: Волосовский, Всеволожский, Гатчинский, Кингисеппский, Ломоносовский, Тосненский, а также запад Кировского района.

Ещё одним большим энтузиастом спорта был Валерий Басалаев – руководитель секции мотоспорта и картинга. В городе для любителей гонок было выделено временное здание, где они занимались со своей материальной частью – мотоциклами и картами. Позднее, в 1983 году, на станции был сдан в эксплуатацию современный спортивно-технический корпус. В городе по титулу ЛАЭС был построен спорткомплекс «Малахит», переданный затем Министерством на баланс НИТИ. Работники станции и других предприятий города с удовольствием использовали возможности спорткомплекса. Я сам периодически захаживал туда, играя с коллегами в настольный теннис и волейбол. В «Малахите» были организованы занятия с детьми во многих секциях. Мои дети с удовольствием занимались здесь спортом – Лариса в секции настольного тенниса, а Александр – в секции дзю-до. Оба они добились немалых успехов – занимали призовые места на соревнованиях,  награждались грамотами,  дипломами  и медалями, получили спортивные разряды.

Летом мой старший брат Николай Крушинский и его жена Лида гостили в Ленинграде у Виктора и Евгении. Затем Николай, Лида и Виктор на пару дней заехали к нам в Сосновый Бор. Я познакомил гостей из Алма-Аты с нашим молодым и красивым городом, а потом мы с Николаем прогулялись по Финскому заливу на красавице-яхте «Ингрия».


К  этому времени у меня уже сложились хорошие дружеские отношения с руководством нашего подшефного  погранотряда и командирами пограничных застав. Я неоднократно бывал на заставах по берегу Финского залива, где, пользуясь гостеприимством хозяев, отдыхал от будничных забот, рыбачил или собирал грибы. На одну из таких застав, расположенную на Кургаловском полуострове, я и повез на этот раз своих гостей, а также наших друзей Бориса и Нину Орешкиных. На заставе нас познакомили с бытом и службой пограничников, накормили вкусным солдатским обедом. Прекрасно отдохнув на лоне природы, вечером мы возвратились в город, оставив на память несколько фотографий.

Тем временем на второй очереди ЛАЭС форсированными темпами продолжались строительно-монтажные работы. В июле был включен первый ГЦН в контуре многократной принудительной циркуляции и начаты основные пусконаладочные работы на третьем реакторе.

17 сентября 1979 года на строящемся третьем энергоблоке произошло важное событие – был осуществлен физический пуск реактора. Физпуск проводила смена моего друга Бориса Орешкина,  а  я участвовал в этом событии теперь вместе с руководством станции  уже  как секретарь парткома.

На стройплощадке второй очереди состоялся торжественный митинг, посвященный этому событию. На импровизированной трибуне, в качестве которой использовался  кузов  большого  грузовика,  а на борту красовался лозунг «Решения XXV съезда – выполним!», собрались представители строителей, монтажников и эксплуатационников. Митинг открыл и вел первый секретарь Сосновоборского горкома партии Л.Г. Перекрестов. Выступавшие на митинге подтвердили свои обязательства – ввести в строй до конца года третий энергоблок ЛАЭС имени В.И. Ленина.


Интервью на телевидении. Беседа в горкоме партии

19 сентября я, директор станции и первый секретарь нашего горкома партии Перекрестов Л.Г. вместе с несколькими представителями строителей и монтажников были приглашены на собрание партийно-хозяйственного актива, которое состоялось в Таврическом дворце Ленинграда. В докладе секретаря обкома КПСС Думачёва А.П., в выступлениях в прениях отмечались успехи тружеников Ленинграда и области по выполнению решений XXV съезда  партии. И нам, представителям Соснового Бора, было приятно слышать добрые слова и в адрес создателей ЛАЭС имени В.И. Ленина, достигших накануне нового большого рубежа в освоении мощности первенца советской большой атомной энергетики, гордости всех ленинградцев.

В конце сентября 1979 года мне довелось давать интервью ленинградскому телевидению. В центральном зале третьего блока я рассказал ведущему новостных программ ЛенТВ Анатолию Моргунову о работе энергетиков и парторганизации на второй очереди электростанции.

Через несколько дней моё интервью было показано по центральному телевидению в программе «Время». Своё интервью я в этот раз не увидел, но на следующий день мне позвонил из Алма-Аты брат Николай и сказал, что они всей семьей смотрели моё выступление, которое им понравилось, и они гордятся своим младшим братом. Позже мне всё-таки удалось увидеть своё интервью по ленинградскому ТВ. Мне оно показалось достаточно серьезным и деловым, без ложного пафоса. Было приятно почувствовать некое удовлетворение от сделанного (не каждый же день мы даём интервью программе «Время»!)

16   октября 1979 года в газете «Ленинградская правда» было опубликовано обращение коллективов объединения «Невский завод», Ленинградского оптико-механического объединения, Ленинградской атомной электростанции, Ленинградского метрополитена, носящих имя В.И. Ленина, Электротехнического института имени В.И. Ульянова  (Ленина) ко всем трудящимся  Ленинграда и области с призывом ознаменовать 110-ю годовщину со дня рождения вождя революции новыми достижениями в социалистическом соревновании. А 23 октября бюро обкома КПСС одобрило инициативу этих трудовых коллективов и призвало ленинградцев поддержать их почин.

Наступил ноябрь 1979 года. В предпраздничные дни активизировались работы на третьем энергоблоке. Первого ноября третий реактор был выведен на мощность и осуществлена продувка паропроводов. В турбинном цехе завершались работы по подготовке к пуску турбины №6, и 5 ноября она впервые была выведена на холостые обороты. Началась  отладка  всех  систем  турбогенератора  ТГ-6. Это был хороший подарок тружеников станции предстоящему празднованию 62-й годовщины Великого Октября.

На праздничную демонстрацию 7 ноября энергетики вышли  с отличным настроением. С этого года демонстрации трудящихся города проходили по новому маршруту по улице Солнечной, где напротив Дворца культуры «Строитель» была установлена стационарная трибуна. Праздничную колонну энергетиков возглавил «четырехугольник» из руководителей предприятия. Пройдя мимо трибуны, где находилось руководство города и приглашенные гости, четверо руководителей станции также поднялись на трибуну, приветствуя продолжавших идти мимо энергетиков и представителей других городских предприятий.


Утром 26 ноября 1979 года мне сообщили из обкома партии, что завтра должен состояться очередной Пленум ЦК КПСС. От меня срочно требуется подготовить для публикации в готовящемся номере газеты «Ленинградская правда» трёх откликов работников электростанции (рабочий, ИТР, ученый) на решения Пленума. В них следует использовать главную мысль – Ноябрьский (1979 г.) Пленум ЦК КПСС – важный этап в борьбе за осуществление решений XXV съезда партии. Необходимо увязать это с конкретными задачами по сооружению и эксплуатации ЛАЭС имени В.И. Ленина.

Подобная практика «оперативного реагирования» парторганов на знаменательные события мне уже была хорошо известна, и потому я сразу подключился к работе. Определил кандидатуры для отзывов: рабочий – старший оператор реакторного цеха Герой Социалистического Труда О.И. Витин, ИТР – мастер турбинного цеха, секретарь цеховой парторганизации Н.М. Быстров, ученый – заместитель главного инженера по науке, лауреат Ленинской и Государственной премий В.И. Рябов. Затем переговорил с каждым из них и получил согласие на написание отзывов от их имени.

Подготовив три отклика, отвечавших требованиям времени, и согласовав тексты с «авторами», я передал их в обком КПСС.

Одновременно я получил задание от горкома партии изготовить большой транспарант с текстом «Претворим решения ноябрьского (1979 года) Пленума ЦК КПСС в жизнь!» и 27 ноября, сразу после сообщения о состоявшемся Пленуме, организовать силами ЛАЭС монтаж перетяжки с транспарантом на ул. Ленинградской недалеко от здания горкома партии. С обоими поручениями, как и подобает дисциплинированному коммунисту, тем более члену бюро горкома партии, я успешно справился.

7 декабря была осуществлена синхронизация первого турбогенератора третьего блока (ТГ-6)
с системой, а 30 декабря 1979 года третий энергоблок ЛАЭС имени В.И. Ленина был принят в эксплуатацию

17 января 1980 года в Смольном состоялось собрание партийно-хозяйственного актива Ленинграда и области, на котором были рассмотрены задачи Ленинградской партийной организации по мобилизации трудящихся на достойную встречу ленинского юбилея в свете требований постановления ЦК КПСС «О 110-й годовщине со дня рождения Владимира Ильича Ленина». Был рассмотрен также ход социалистического соревнования в городе и области, развернутого по инициативе ленинградских предприятий, носящих имя В.И. Ленина.

6 февраля 1980 года на ленинградском телевидении прошла очередная передача из цикла «Деловой разговор», посвященная Ленинградской атомной электростанции имени В.И. Ленина, её сегодняшнему и завтрашнему дню. В передаче приняли участие первый секретарь Сосновоборского горкома КПСС Л.Г. Перекрестов, директор ЛАЭС Н.Ф. Луконин, секретарь парткома станции В.М. Бабанин. Накануне выхода в эфир телепередачи на электростанции побывали корреспонденты еженедельника «Говорит и показывает Москва. Ленинградский выпуск». В номере №6 еженедельника (4-10 февраля) была опубликована их статья «Шаги Ленинградской атомной»

В статье, в частности, говорилось: «…Рассказывая о задачах, которые стоят сегодня перед коллективом ЛАЭС, секретарь парткома станции Валерий Михайлович Бабанин подчеркнул, что строители, монтажники, эксплуатационники, ученые и специалисты, добившиеся значительного ускорения пусконаладочных  работ по сравнению с двумя первыми блоками, заложили хорошую основу для успешного выполнения принятых коллективом обязательств на 1980 год.
– Наша станция,
– рассказал далее Валерий Михайлович, – в числе предприятий, носящих имя Владимира Ильича Ленина, выступила с инициативой встретить 110-ю годовщину новыми трудовыми достижениями. К знаменательной  дате мы собирались дополнительно к плану выработать 2,5 миллиарда киловатт-часов электроэнергии. Взвесив свои возможности, энергетики в ходе недавних предвыборных собраний приняли встречное решение – довести выработку дополнительной электроэнергии до 3 миллиардов киловатт-часов!
Такого прироста предполагается достигнуть путем умелой эксплуатации оборудования, за счёт полного использования резервов производства…
»

Сама беседа в студии телевидения за круглым столом состоялась в виде активного диалога ведущего с участниками встречи. Причем запись беседы прошла достаточно гладко, без особых повторов. Эту получасовую передачу «Шаги Ленинградской атомной» я посмотрел по телевидению через пару дней, она оставила неплохое впечатление. Кроме того, все участники беседы через некоторое время получили небольшие гонорары. Как говорится, «мелочь, но приятно».

20 февраля 1980 года ЦК КПСС поздравил участников сооружения станции с большой трудовой победой – завершением строительства и вводом в эксплуатацию третьего энергоблока-миллионника. По этому случаю в Сосновый Бор прибыл член Политбюро ЦК, первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Г.В. Романов.Вначале высокий гость вместе с начальником войск Северо-Западного пограничного округа генерал-лейтенантом А.Г. Викторовым прибыл в расположение 5-го Ленинградского погранотряда, где ознакомился с ходом строительства нового здания для пограничников. Здесь ему представили начальника политотдела погранотряда, Героя Советского Союза майора Ю.В. Бабанского.

Затем в ДК «Строитель» состоялось торжественное собрание, на котором Г.В. Романов огласил уже второе приветствие Генерального секретаря ЦК КПСС Л.И. Брежнева участникам сооружения Ленинградской АЭС имени В.И. Ленина. После митинга Г.В. Романов отправился на ЛАЭС, где посетил третий энергоблок.


При входе на БЩУ-3 дежуривший на смене НСС Пошелюзный В.Г. отдал рапорт Г.В. Романову. Затем все прошли в машинный зал. На входе гостей встретил большой красно-белый транспарант, закрепленный на стене: «Своим ударным трудом поддержим решения ноябрьского (1979 года) Пленума ЦК КПСС». Первый секретарь обкома неожиданно обратился к находившемуся неподалеку машинисту турбины:

–   Этот плакат, наверное, ваш партком перед моим приходом повесил? Вы согласны с этим призывом?

Застигнутый вопросом врасплох машинист, тем не менее, не смутился и ответил, что этот плакат, как и другая наглядная агитация в машзале, размещен еще в прошлом году. А что касается его отношения к тексту, то он и его коллеги воспринимают его положительно и стараются своим трудом не подвести коллектив. Григорий Васильевич слегка ухмыльнулся и продолжил обход, а у меня словно что-то отлегло от сердца. Какие всё-таки сознательные у нас ребята!

После посещения ЛАЭС состоялась встреча Г.В. Романова в горкоме партии с членами бюро и аппаратом горкома. Когда Л.Г. Перекрестов представлял Г.В. Романову присутствующих и назвал мою фамилию, Григорий Васильевич слегка удивился:

– Меня же с ним сегодня уже знакомили.

– Утром вам представили майора Бабанского, начальника политотдела погранотряда, а это Бабанин, секретарь парткома ЛАЭС, – поспешил уточнить Л. Г. Перекрестов.


В ходе встречи первому секретарю Ленинградского обкома подробно рассказали о работе Сосновоборской городской партийной организации, а также проинформировали о готовности города к предстоящим выборам в Верховный Совет РСФСР и местные советы народных депутатов.

24 февраля состоялись выборы Верховный Совет РСФСР и местные советы народных депутатов. Депутатом Верховного Совета РСФСР по Сосновоборскому   городскому округу был избран старший оператор реакторного цеха ЛАЭС имени В.И. Ленина Герой Социалистического Труда Олег Игоревич Витин. А по городскому избирательному округу №35 меня уже второй раз избрали депутатом Сосновоборского городского Совета народных депутатов семнадцатого созыва.

5 марта 1980 года ЦК КПСС, Совет Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ признали коллектив ЛАЭС имени В.И. Ленина
победителем Всесоюзного социалистического соревнования за успешное выполнение плановых заданий и повышенных соцобязательств на 1979 год с присуждением переходящего Красного знамени
ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ, занесением на Всесоюзную Доску почета на ВДНХ СССР и вручением Диплома ВДНХ

14 марта 1980 года мы с директором ЛАЭС Н.Ф. Лукониным снова отправились в Москву, чтобы принять участие в работе расширенного заседания коллегии Министерства среднего машиностроения СССР. На коллегии рассмотрели итоги выполнения государственного плана и социалистических обязательств 1979 года и задачи коллективов трудящихся отрасли по выполнению плана 1980 года в свете решений ноябрьского (1979 года) Пленума ЦК КПСС. На следующий день меня снова пригласили в Отдел оборонной промышленности ЦК партии, где с секретарями партийных организации отрасли провели традиционное совещание.

15 апреля  1980  года на Пленуме Ленинградского обкома КПСС были рассмотрены задачи по увеличению производства ленинградскими предприятиями энергомашиностроения, повышению технического уровня их продукции, усилению экономии топливно-энергетических ресурсов. На ЛАЭС имени В.И. Ленина использовалось немало оборудования и систем, поставляемых ленинградскими машиностроителями, и мы имели возможность объективно оценить качество их продукции. Наверное, поэтому мы с Н.Ф. Лукониным и были приглашены для участия в работе данного Пленума.

19 апреля в нашей стране состоялся Всесоюзный коммунистический субботник в честь 110-й  годовщины со дня рождения В.И. Ленина. Свыше 4 млн ленинградцев были его участниками. Коллектив  атомной электростанции не остался в стороне, и многие энергетики в теплый  весенний день вышли на улицы Соснового Бора, чтобы внести свою лепту в благоустройство территории своего предприятия и нашего любимого города. Вместе со всеми ударно трудились по наведению порядка на выделенном  участке  директор  станции,  секретарь  парткома, председатель профкома и секретарь комитета комсомола. Эта хорошая традиция совместной работы, безусловно, ещё больше сплачивала коллектив, который успешно решал большие и ответственные производственные задачи.

В конце апреля 1980 года произошли два важных для работы парткома события.

Во-первых, у нас сменился секретарь комитета ВЛКСМ. По рекомендации парткома на эту должность был избран молодой коммунист Владимир Баранов, работник цеха тепловой автоматики и измерений. Бывший секретарь комитета комсомола Леонид Сапожников перешел на хозяйственную работу в Ленспецкомбинат. Он был назначен (при моей поддержке) заместителем директора по кадрам.

Во-вторых, руководство ЛАЭС закрепило за парткомом старенькую «Волгу» ГАЗ-24 черного цвета. Теперь я мог при необходимости поездки в горком или Ленинград вызывать машину через диспетчера гаража, что было большим подспорьем в моей работе. Кстати, у автомобиля был регистрационный знак «01-65 лос», схожий с номерами машин из обкомовского гаража. Этот факт понравился водителю, и он чуть подправил номер, так что получилось «01-65 лоо». Правда при одной из поездок в Ленинград, его остановил инспектор ГАИ и заставил вернуть номер в исходное состояние.

В начале июня 1980 г. в ЦК КПСС состоялось совещание по проблемам развития атомной энергетики в СССР, где еще раз была подчеркнута необходимость быстрейшего вывода на проектную мощность Ленинградской АЭС. Тогда же в традициях времени было принято решение о вводе в эксплуатацию четвертого энергоблока к открытию XXVI съезда КПСС. Чрезвычайно сжатые сроки завершения оставшихся работ потребовали существенного пересмотра строительных графиков

Летом на ЛАЭС побывал секретарь ЦК КПСС Владимир Иванович Долгих, находившийся в отпуске. В кабинете директора состоялась ознакомительная беседа Долгих В.И. с работой станции, после чего мы с Лукониным Н.Ф. повели секретаря ЦК на экскурсию по первому энергоблоку. Мне запомнился эпизод в санпропускнике, когда мы облачались в белые халаты и бахилы. У Владимира Ивановича был большой размер обуви, не менее 45-го, и ему никак не удавалось одеть защитные пластиковые бахилы на свои ботинки. Директор попросил меня помочь, и я, преклонив колено, оказал высокому московскому гостю необходимое содействие. Мог ли я тогда думать, что это далеко не последняя моя встреча с В.И. Долгих.

26 июня 1980 года третий энергоблок ЛАЭС достиг проектного уровня мощности 1 млн кВт

Летом 1980 года наша страна готовилась впервые в своей истории принять в Москве Международные Олимпийские игры – Олимпиаду-1980. Это важнейшее спортивное и политическое событие мы с моим другом Борисом Орешкиным решили встретить на берегу Черного моря, куда и намеревались, используя отпуска, отправиться на своих машинах в семейное путешествие. Маршрут разработали очень интересный – из Соснового Бора вдоль западной границы СССР через три прибалтийские республики, Белоруссию, Украину, Молдавию на южный берег Крыма (ЮБК). Подробный рассказ об этом путешествии размещен по адресу:  Большое путешествие к Черному морю. Лето 1980 года


Рабочие будни парткома

В связи с продолжающимся ростом коллектива энергетиков и активной работой по приёму в ряды КПСС новых кандидатов и членов партии численность первичной партийной организации ЛАЭС имени В.И. Ленина достаточно быстро увеличивалась. Это привело тому, что нашей организации было предоставлено право проведения отчетно-выборных партконференций, а в партком добавлена одна освобожденная штатная единица – заведующий парткабинетом. Это, безусловно, стало хорошим подспорьем в моей работе. На эту должность был принят Лапиков А.Г., один из работников электростанции. Партком начал подготовку к первой конференции. Во всех цеховых парторганизациях прошли отчётно-выборные собрания, на которых были избраны делегаты на общестанционную конференцию. Городской комитет партии оказывал необходимую помощь в этой работе.

В конце августа 1980 года состоялась 1-я отчетно-выборная партконференция ЛАЭС имени В.И.  Ленина. В актовом зале станции, украшенным большим плакатом на сцене: «Партия –  ум, честь и совесть нашей эпохи!», собрались делегаты конференции За столом президиума секретарь Ленинградского ОК КПСС Думачёв Анатолий Пантелеевич, первый секретарь Сосновоборского горкома партии Перекрестов Л.Г., директор ЛАЭС Луконин Н.Ф., депутат ВС РСФСР Витин О.И., передовики производства.

В отчетном докладе, который я представил на обсуждение делегатам, в выступлениях в прениях звучала главная мысль – коммунисты электростанции вместе со всем трудовым коллективом будут и далее наращивать свои усилия для решения ответственных задач, стоящих перед ними, внесут достойный вклад в дело завершения строительства и освоения мощности флагмана советской атомной энергетики.

Был избран новый состав партийного комитета и делегаты на предстоящую вскоре городскую партконференцию. В завершении делегаты и присутствовавшие на конференции исполнили партийный гимн «Интернационал».

3 сентября 1980 года начата графитовая кладка реактора четвертого блока. Произведена первая перегрузка топлива РЗМ на работающем третьем реакторе

В ноябре 1980 года коллективы ЛАЭС имени В.И. Ленина и Северного управления строительства были награждены переходящими Красными знаменами Министерства среднего машиностроения СССР. Во Дворце культуры «Строитель» 14 ноября состоялся митинг, на котором переходящие Красные знамена эксплуатационникам и строителям станции вручил Председатель Государственного комитета по использованию атомной энергии СССР Петросьянц Андраник Мелконович.

После митинга там же в ДК «Строитель» Петросьянц А.М. провел краткую беседу, в которой участвовали Луконин Н.Ф., Бабанин В.М., Семыкин И.И., Бычков С.К., Лебедев Б.К. и Филатов Г.В. В ходе беседы обсуждались вопросы, связанные с предстоящим вводом в эксплуатацию четвертого энергоблока станции.

На следующий день, 15 ноября, А.М. Петросьянц посетил ЛАЭС, где встретился с техническим руководством станции и побывал у меня в парткоме. На память о нашей встрече Андраник Мелконович (в просторечии Андрей Михайлович) вручил мне свою книгу «Современные проблемы атомной науки и техники в СССР» с дарственной авторской надписью.

4 декабря 1980 года включен первый ГЦН на четвертом блоке, начаты основные пусконаладочные работы



26 декабря 1980 года осуществлен физический пуск реактора четвертого блока

16-17 января 1981 года состоялась XXV конференция Ленинградской областной организации КПСС. В заседаниях этой конференции мне, в отличие от предыдущей конференции, довелось участвовать уже в качестве делегата от нашей городской партийной организации. Конференция обсудила отчетные доклады  обкома КПСС и ревизионной комиссии областной парторганизации, проект ЦК КПСС к XXV съезду партии «Основные направления экономического и социального развития СССР  на 1981-1985 годы и на период до 1990 года». Конференция избрала областной комитет и ревизионную комиссию Ленинградской областной организации  КПСС, делегатов на XXV съезд КПСС. Впервые в числе делегатов на съезд партии были избраны два представителя Сосновоборской городской организации КПСС: Перекрестов Л.Г. — первый секретарь горкома партии и Семыкин И.И. — начальник Северного управления строительства.

9 февраля 1981 года было успешно и досрочно выполнено обязательство, взятое строителями, монтажниками и эксплуатационниками в честь XXVI съезда КПСС, – четвертый энергоблок с турбогенератором №7 поставлен под промышленную нагрузку.

Это торжественное событие происходило в присутствии высоких гостей. На ЛАЭС прибыли первый секретарь Ленинградского ОК КПСС Г.В. Романов, первый заместитель министра Н.А. Семенов, первый секретарь горкома партии Л.Г. Перекрестов.


23 февраля 1981 года ЦК КПСС, Совет Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ за достижение высоких результатов во Всесоюзном социалистическом соревновании, за успешное выполнение государственного плана экономического и социального развития СССР на 1980 год и десятую пятилетку признали победителем коллектив Ленинградской АЭС имени В.И. Ленина с присуждением переходящего Красного знамени ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ, Памятного знака ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ  «За высокую эффективность и качество работы в десятой пятилетке», с занесением на Всесоюзную Доску почета на ВДНХ СССР и вручением Диплома ВДНХ

В феврале-марте 1981 года в Москве проходил очередной, XXVI съезд Коммунистической партии Советского Союза. Среди делегатов съезда от Соснового Бора были  Л.Г. Перекрестов и И.И. Семыкин. Как правило, на подобные партийные мероприятия приглашаются многочисленные делегации коммунистических, социалистических и рабочих партий, национально-освободительных движений. При открытии съезда председательствующий торжественно объявляет об участии в работе съезда каждой такой делегации. А когда начинаются съездовские рабочие будни, гостям съезда по их просьбе, организовывают поездки по стране в целях знакомства с работой местных партийных организаций и трудовых коллективов.

В один из дней работы XXVI съезда в Ленинград должна была прибыть делегация Социалистической Единой Партии Германии во главе с Генеральным секретарем, Председателем Государственного совета ГДР Эрихом Хонеккером,.

В обкоме  партии в  программу пребывания  друзей  из  ГДР на ленинградской земле включили уже ставшее традиционным для высоких гостей посещение города Сосновый Бор и флагмана советской атомной энергетики Ленинградской АЭС имени В.И. Ленина. Подробное описание этого визита можно посмотреть по адресу: Германские встречи. Эрик Хонеккер

Текущая работа в партийном комитете электростанции была весьма разнообразной и многоплановой. Участие секретаря и членов парткома в различных мероприятиях городского и областного масштаба, организация политико-воспитательной работы в подразделениях ЛАЭС, руководство деятельностью цеховых парторганизаций и комитетом ВЛКСМ, координация совместной с администрацией предприятия и профкомом деятельности по повышению ответственности каждого работника электростанции за решение важнейших производственных задач, стоящих перед трудовым коллективом. Эти и многие другие направления идеологической и организаторской работы занимали моё основное  время.

Но при всей внешней торжественности собраний и митингов, серьезности обсуждения производственных вопросов на заседаниях парткома или бюро городского комитета партии главным для меня, как молодого партийного руководителя, всегда оставались повседневная работа с людьми, личные контакты с коммунистами и беспартийными, внимательное отношение к их проблемам и нуждам.

Какими только вопросами мне не приходилось заниматься. Вспоминается несколько случаев обращения в партком людей, попавших в непростую жизненную ситуацию.

Однажды ко мне в партком зашел один из руководителей подразделения и попросил о помощи. Бывший работник Северного управления строительства органично влился в коллектив ЛАЭС.  Грамотный  специалист, ответственный руководитель, получивший после окончания сооружения первого энергоблока именные часы от директора станции Муравьева В.П. и медаль «За трудовую доблесть». Почти со слезами на глазах  он рассказал мне о своих бедах. С некоторых пор между ним   и вышестоящим руководством возникло и нарастало непонимание по рабочим вопросам, грозящее серьезным конфликтом вплоть до увольнения с предприятия. К тому же на этой почве начались недоразумения в семье..

На мой вопрос, почему пришел именно ко мне, а не к директору станции, он высказал удивительную, по крайней мере, для меня мысль.

– Валерий Михайлович, в народе повелось так, что русский верующий человек в трудной жизненной ситуации идёт в храм к священнику откровенно исповедоваться и просить у него совета. Мне же, как атеисту, с этой целью идти больше некуда, как в наш партийный комитет, и поэтому я пришел к вам.

Разве после таких слов я мог отказать человеку в помощи. Конечно, прежде всего, пришлось поговорить по душам с самим коммунистом, помочь ему осознать и его ошибки. В итоге свои семейные дела он смог наладить сам, а с его руководителями мною были проведены соответствующие беседы, после чего ситуация постепенно нормализовалась.

Примерно с такими же проблемами столкнулись двое бывших моих коллег по сменной работе – заместитель начальника смены станции и начальник смены одного из цехов. У обоих возникли конфликтные ситуации с непосредственными руководителями, грозившие серьезными осложнениями в жизни каждого из них. Оба они обратились ко мне за помощью, и я постарался помочь им сгладить и разрешить эти конфликты, призвав их начальников к партийной совести.

Должен сказать, что в те времена, когда роль компартии ещё не подвергалась сомнению, для каждого руководителя-коммуниста «беседа по душам» в партийном комитете всегда была нерядовым делом. Откровенный разговор о взаимоотношениях в конкретном коллективе, напоминание об ответственности за состояние психо- логического климата на всех рабочих местах, а также потенциальная возможность понести партийное наказание, которое может негативно сказаться в дальнейшем на профессиональной карьере руководителя, как правило, оказывали положительное воздействие на ситуацию. Большинство коммунистов, и, в первую очередь руководители, старались беречь свою партийную репутацию и партийный билет.

Но вспоминается и другой случай бытового характера. Однажды вечером, придя домой после работы, я принимал ванну. Вдруг в дверь ванной постучала жена: «Тут к тебе пришли». Не торопясь, я закончил моечные процедуры, оделся и вышел из ванной комнаты. На кухне за столом меня дожидался посетитель. На этот раз им, к сча- стью, оказался не руководитель местного отделения КГБ, как в 1977 году, а женщина средних лет с очень серьезным и возбужденным выражением лица.

Я поздоровался с ней и спросил, чем могу быть полезен. Она представилась женой одного работника нашей станции.

– Я прошу вас сейчас же вместе со мной пройти в соседний дом, – проговорила она твердым, не терпящим отказа голосом, указывая на одно из окон в доме, расположенном напротив нашего. – Там в квартире своей любовницы находится мой муж, и я хочу, чтобы мы вместе с вами застали его на месте преступления.

Я, откровенно, опешил от такого «делового» предложения, какого ещё не получил никогда. Конечно, следить за моральным обликом коммуниста секретарь парткома может, но не до такой же степени, чтобы вытаскивать его из чужой постели своими руками.

Около получаса я убеждал ревнивую супругу в несостоятельности и несерьезности этого варианта действий, обещая завтра же вызвать её мужа в партком на беседу. Кое-как мне с помощью моей жены удалось успокоить взволнованную посетительницу, и она отправилась домой «с миром».

На следующее утро её муж сам пришел ко мне в партком. Он долго извинялся передо мной за свою «сумасбродную  и ревнивую» супругу. Рассказал о своей вчерашней ссоре с ней, после которой в сердцах ушел к приятелю. Ночевал он конечно дома, и утром они помирились с супругой, которая тоже просила передать мне свои извинения. Вот такие, несколько неожиданные задачи, ставила жизнь перед партийным работником.

Но, пожалуй, одним из самых серьезных и трудных бытовых вопросов, которым мне пришлось заниматься, оказалась проблема огородничества и садоводства в нашем городе.

Наверное не все помнят, что во времена Советского Союза городским жителям совсем непросто было получить землю под огороды или сады. Землю если и выделяли коллективам предприятий, то это были участки в три и шесть соток в садоводческих товариществах, как правило, на неудобьях, на границах областей или даже в зоне высоковольтных ЛЭП. Особенно тяжело приходилось ленинградцам из-за позиции областной власти и лично первого секретаря обкома КПСС Г.В. Романова.

Рассказывали, что он нередко вспоминал случай с одним полковником в отставке, который вырастил на своём участке большой урожай клубники и пошел на рынок, чтобы продать излишек ягод.

– Вы можете себе представить этот позор – бравый полковник, коммунист, сидит на рынке и торгует клубничкой, – искренне возмущался Григорий Васильевич, когда к нему приходили с очередной и безнадежной просьбой согласовать выделение земель под садоводство.

От сосновоборцев тоже поступали в вышестоящие инстанции просьбы такого плана, но все они «спускались» до уровня области, где благополучно «приземлялись». И не случайно в последние годы получили широкое распространение самовольные захваты гражданами участков под огороды на прилегающих к городу землях Ломоносовского района. Стихийно сформировались целые коллективы самозахватчиков-огородников, занявшие большие участки земли в районе д. Ракопежи, вдоль берега реки Коваш, а позднее – д. Липово. Их ругали, грозили всяческими карами, но ничего не помогало – люди буквально «вгрызались»  в свой клочок земли.

Вот каким образом описывает эту ситуацию в книге воспоминаний «Ленинградская АЭС. Годы. События. Люди» Баранцов Александр Николаевич, слесарь цеха ТАИ, председатель цехкома, в дальнейшем председатель профкома ЛАЭС.

«…Другая часть – законопослушные граждане пошли по ухабистой дороге получения разрешения на отвод земли. Как обычно, все начиналось с писем в разные инстанции: горком, райком, обком и всех уровней исполкомы. Письма начинались и оканчивались практически одинаково, менялись только адреса и фамилии руководителей: «Коллектив Ленинградской атомной электростанции имени В.И. Ленина просит Вас… Выделение земельного участка для организации коллективного садоводческого товарищества вызвано необходимостью организации восстановительного отдыха людей, работающих во вредных и особо вредных условиях и т.д.» Оканчивались: «Надеемся на Вашу помощь». И подписи треугольника станции.
Именно тогда я понял, что плакаться в жилетку, писать длинные письма совершенно ни к чему. Их просто не читали наши власти…Почти такие же одинаковые, если не по тексту, то по смыслу ответы мы и получали на свои обращения, только подписи и должности отвечающих разнились, а так все один к одному. Стена, да и только…
…Руководство станции, руководители общественных организаций – парткома и профкома – поддерживали нас, но дисциплина есть дисциплина. И после какого-то момента, видимо, партийная власть сказала нашим руководителям: «Не высовывайтесь». И именно поэтому они не особенно «засвечивались». Конечно, подписывали все обращения, но тон их регулировали. Ничего резкого не допускали. Просить просите, но никаких недовольств…
… И вот в этой ситуации, мы послушные граждане, как я уже писал, решили активизировать работу. Определились, что обращаться уже больше не к кому. Прямая дорога письму в Москву…
…Раз решили – начали действовать. Составили письмо, размножили в достаточном количестве и начали собирать подписи в цехах. Работа проходила быстро. Интересен один штрих: письмо подписали жена секретаря парткома Бабанина, жена председателя профкома Тычкина, жены многих руководителей, но сами руководители свои подписи ставить остерегались…
…И среди нас, я имею в виду председателей цехкомов, тоже были бдительные люди. Не хочется возвращаться к неприятным минутам, но, тем не менее, о компании сбора подписей было доложено секретарю парткома В.М. Бабанину, и нас, группу инициаторов, Валерий Михайлович пригласил на беседу. Ну что он мог сказать? Не собирать подписи, но ведь жена его письмо подписала. Ведь он отлично понимал – эту волну не остановишь. Как понимал и то, что, если письмо уйдет наверх, неприятностей ему прибавится. Как раньше констатировали – за низкий уровень воспитательной работы. Не пишут писем – уровень высокий, руководитель парторганизации, значит, тоже хороший. А если пишут – уровень низкий, и руководитель «не совсем».
Так или иначе, в ходе беседы пришли к согласию. Валерий Михайлович пообещал нам в течение месяца сдвинуть телегу с места. Мы со своей стороны, обещали не пускать письмо с подписями в ход.
Пришли к согласию, хотя во время встречи были уговоры и даже угрозы со стороны одного из заместителей директора найти машинку, на которой было напечатано письмо, и разобраться с авторами.
Оценив ситуацию, путь согласия предложил нам В.М. Бабанин. Время показало правильность решения. По всей видимости, на власть давили не только мы, но и другие крупные организации.
В результате примерно через месяц Валерий Михайлович сказал нам, что решение о выделении участка земли готовится и будет в самое ближайшее время, так что, будьте добры, ребята, положите свои письма с тысячей подписей куда-нибудь подальше. Они больше не понадобятся.
Действительно, подписи свои дело сделали. В конце концов, мы добились земли. Казалось, что самое сложное позади. Но какими же наивными (по проше- ствии стольких лет освоения это отчетливо видно) мы были. Тогда и представить себе не могли, что значит осваивать земли, непригодные для землепользования!»

Эти воспоминания Баранцова А.Н., безусловно, во многом соответствуют действительности, но он мог и не знать всех подробностей и сложностей в решении данного вопроса.

Ещё в начале февраля 1981 года ко мне в партком пришел мой заместитель по оргработе А.И. Трёшкин с важной новостью. Александр Иванович рассказал, что на станции идет сбор подписей под письмом в Совет Министров СССР с просьбой о выделении земли под коллективное садоводство и показал копию документа. Прочитав текст будущего письма, я его одобрил в принципе и высказал несколько советов по содержанию, предложив ещё больше акцентировать внимание на сложном и ответственном характере труда энергетиков и необходимости создания условий для их полноценного отдыха. Я пообещал свою поддержку этому важному делу, но, предвидя негативную реакцию со стороны горкома партии, попросил своего коллегу не афишировать эту нашу беседу.

Первый секретарь горкома партии Перекрестов Л.Г. через некоторое время после возвращения из Москвы, где он принимал участие в работе XXVI съезда КПСС, пригласил к себе меня и директора станции Н.Ф. Луконина. Нам был задан прямой вопрос, как мы относимся к тому, что на ЛАЭС собирают подписи к коллективному письму в Москву, и что мы собираемся делать в связи с этим.

Я был уверен, что Николай Фёдорович уже в курсе событий, хотя мы с ним на эту тему не разговаривали. Тем не менее, мы оба сделали удивленные лица: «Согласны, что факт сбора подписей под такого рода письмом не красит наше предприятие, мы примем необходимые меры по недопущению отправки письма в Москву».

Одновременно и я, и директор высказали свою твердую позицию, что вопрос о выделении земли энергетикам надо решать, как можно быстрее, причем решать в установленном порядке. Мы будем сами обращаться в Министерство, в облисполком и обком партии, искать там поддержки. Просим и горком партии со своей стороны оказать нам содействие. Думаю, что Леонид Георгиевич не ожидал от нас с директором такой согласованной и деловой позиции. В конце концов, он был вынужден согласиться, что вопрос о садоводческом товариществе на ведущем предприятии города уже давно созрел и его надо решать положительно, хотя и выразил сомнения в сроках его решения.

Тем не менее, успешный ход работ по сооружению четвертого энергоблока и стабильная работа ЛАЭС в энергосистеме страны давали руководству станции и парткому весомые основания для постановки перед вышестоящими органами этого злободневного вопроса. Секретарь парткома со своей стороны неоднократно поднимал эту тему при каждом посещении областного комитета партии, а директор станции обращался за помощью к руководству министерства. В конечном итоге наши усилия привели к положительному результату, и долгожданное решение Ленинградского облисполкома о выделении земли для организации садоводческого товарищества на ЛАЭС имени В.И. Ленина было принято.

Как всегда, в бочке мёда оказалась ложка дёгтя. Отвод земли был осуществлен на территории Ломоносовского района на участке, где около половины площади в 50 га занимало верховое болото с торфяными линзами до полутора метров. К тому же горком и горисполком, по принципу «и мы пахали» начали требовать выделения части участка на нужды города. В конечном счете, несмотря на все организационные препоны и трудности в освоении земли труженики электростанции создали своё садоводческое товарищество «Энергетик», которое живет и здравствует до сих пор.

Кстати, на первом этапе освоения земли я также принимал участие вместе со всеми в общих работах по осушению болота и валке деревьев, но впоследствии вышел из состава товарищества по объективным причинам.

Ещё во время работы начальником смены станции у меня были непростые взаимоотношения с главным инженером А.П. Епериным, а после того как я стал секретарем парткома они хоть и приобрели несколько иной характер, но отнюдь не стали дружелюбными. В этом плане характерен эпизод, произошедший на одном из оперативных совещаний, которое собрал главный инженер, и где я принимал участие. В числе обсуждаемых вопросов рассматривалась и ситуация со случаями отказа в работе плунжерных клапанов, установленных на каналах СУЗ. На столе перед участниками совещания были разложены заводские чертежи клапана.

– Кто из наших специалистов участвовал в приемке этих ненадежных клапанов, чьи там подписи стоят, – с хитрым прищуром спросил Анатолий Павлович.

–  Здесь стоит подпись Бабанина В.М., – ответили ему.

–   Да, зря мы поставили эти клапана, будем их менять на другие, – подытожил главный инженер и многозначительно посмотрел в мою сторону.

Это, безусловно, был хотя и мелкий, но чувствительный для меня «щелчок по носу», совсем в духе Анатолия Павловича. Я стоически перенес этот упрек и согласился с необходимостью замены клапанов на другие, более совершенные.

13 марта 1981 года меня и директора электростанции вместе с руководством Сосновоборского горкома партии, Северного управления строительства и НИТИ пригласили на очередное собрание актива Ленинградской организации КПСС. Собрание  партийного актива на этот раз собрало большое количество участников и проходило  в Таврическом дворце Ленинграда. На собрании были рассмотрены итоги XXVI съезда КПСС и задачи Ленинградской партийной организации, вытекающие из его решений.

А через две недели, 27 марта, я и Николай Федорович Луконин снова оказались в Москве, куда нас вновь пригласили для участия в работе расширенного заседания коллегии Минсредмаша.

На коллегии  были уже по традиции рассмотрены итоги работы за десятую пятилетку и задачи Министерства на 1981 год и одиннадцатую пятилетку в свете решений XXVI съезда КПСС. В докладе министра Е.П. Славского прозвучала высокая оценка работы коллектива Ленинградской АЭС имени В.И. Ленина по завершению освоения проектной мощности электростанции.

В начале апреля 1981 года предприятия, участвовавшие в сооружении второй очереди ЛАЭС имени В.И. Ленина, начали готовить представления в министерство к ожидавшемуся награждению государственными наградами. Я узнал, что меня представляют к награде орденом «Знак Почёта». 

В апреле на торжественном собрании в актовом зале станции  я  получил из рук Н.А. Семенова свою вторую государственную награду – орден «Знак Почёта».

19 мая 1981 года произошла смена руководства Северного управления строительства. Семыкин И.И. возглавил Западное управление строительства, которое вело сооружение Игналинской АЭС в Литве. Начальником СУС был назначен Бабенко Николай Александрович, работавший главным инженером этого управления. (Кстати, его младший брат Александр Александрович Бабенко являлся первым заместителем министра строительства предприятий тяжелой индустрии СССР, впоследствии он стал министром строительства в районах дальнего Востока и Забайкалья). На ближайшем Пленуме Сосновоборского горкома КПСС Н.А. Бабенко был введен в состав бюро горкома партии.

Незадолго до этого в Москву перевели и директора НИТИ Е.П. Рязанцева. Его на этом посту сменил Прохоров Ю.А., который также был избран членом бюро Сосновоборского ГК КПСС. 

В середине мая 1981 года мы со Светланой отправились в путешествие на круизном теплоходе «Мария Ульянова» по маршруту: Ленинград – Петрозаводск – Кижи – Валаам – Ленинград. Круиз был рассчитан на несколько дней. Погода нам не благоприятствовала, было пасмурно и ветрено. Мы прошли по нашей красавице Неве вверх по течению, вышли в Ладожское озеро. Небольшой отчет об этом путешествии можно посмотреть по адресу: Путешествие на теплоходе «"Мария Ульянова»

Отмечаем «День пограничника»

С 24 мая 1981 года в Краснознаменном Северо-Западном пограничном округе проходила «Неделя пограничных войск», посвященная 63-й годовщине пограничных войск. В окружной газете «ПОГРАНИЧНИК» №41 от 24.05.1981 г., вышедшей под рубрикой «Границы  СССР  охраняет  весь  народ!»,  была опубликована  моя  статья «Ленинградская атомная электростанция имени В.И. Ленина – флагман ядерной энергетики». Несмотря на то, что редакция перепутала моё имя и год пуска первого энергоблока, материал получился содержательным. В нем я кратко напомнил об основных производственных достижениях и трудовых победах коллектива. Далее шел рассказ о наших людях.

«…Мы гордимся тем, что в нашем коллективе трудятся четыре лауреата Ленинской премии и четыре Государственной, два лауреата премии Ленинского комсомола. А старший оператор реакторного цеха Олег Игоревич Витин и электрослесарь цеха тепловой автоматизации и измерений Василий Михайлович Шаров удостоены высокого звания Героев Социалистического Труда...
…За большими производственными делами мы не забываем того, что живем и трудимся в приграничье. Каждый из нас чувствует ответственность за надежную охрану государственной границы. На станции есть добровольная народная дружина. Это верные и надежные друзья воинов в зеленых фуражках. Они выходят вместе с пограничниками на службу, проверяют документы у лиц, въезжающих в пограничную зону, выходящих на лодках в залив на рыбалку, в поездах…
…Но особенно хорошо знают пограничники члена комитета комсомола ЛАЭС, лауреата премии Ленинского комсомола Александра Михайлова. Он отвечает за военно-патриотическое воспитание молодежи. Он часто приходит на заставы, интересуется службой и учебой воинов, рассказывает им о труде молодых энергетиков…
…Александр Михайлов активно привлекает к работе по военно-патриотическому воспитанию молодежи пограничников. Так, недавно в общежитии был проведен тематический вечер о славных Вооруженных Силах СССР. На нем выступили наши подшефные: секретарь комитета комсомола заставы Валерий Дьячкин, рядовой Михаил Иванов. Мероприятие прошло очень интересно и понравилось всем собравшимся.
Недавно партком и комитет комсомола станции проводили месячник оборонно-массовой работы. В нем приняли активное участие и пограничники. Перед нашей молодежью выступал начальник одной из погранзастав. Затем была совместная экскурсия по местам боёв на Ораниенбаумском плацдарме, совместные фотовыставки, экскурсия воинов по электростанции.
В день ленинского коммунистического субботника молодежь станции и воины работали на строительстве спортивного комплекса. Теперь традиционные товарищеские встречи по волейболу, футболу между пограничниками и энергетиками будут проходить на новых, отлично оборудованных площадках.
В дальнейшем мы думаем ещё больше укреплять свои дружеские связи с воинами границы. Уверен, что наша дружба принесет пользу, как делу охраны государственной границы, так и военно-патриотическому воспитанию молодежи ЛАЭС имени В.И. Ленина».

А через несколько дней, 28 мая, сосновоборцы вместе со всей страной отмечали «День пограничника». После окончания торжественного  собрания  и  небольшого  банкета,  которые  прошли  в ДК «Строитель», командир Сосновоборского погранотряда подполковник В.И. Богданов и начальник политотдела майор Ю.В. Бабанский пригласили меня и ещё нескольких руководителей городских организаций продолжить праздник, но уже на свежем воздухе.

На двух машинах гости пограничников отправилась на одну из погранзастав, расположенную на берегу Финского залива. Здесь нас уже ждали, в столовой был накрыт небольшой скромный стол, за которым мы и продолжили в неформальной обстановке отмечать этот всенародный праздник. Все собравшиеся здесь гости были мне хорошо знакомы, в том числе и Юрий Бабанский, с которым мы уже многократно встречались и на официальных мероприятиях, и в неформальной обстановке.

Юрий Васильевич был моложе меня на восемь лет, и с ним интересно было общаться, в том числе на разные политические и житейские темы – он был отличным собеседником в товарищеской компании. Единственное, что он не очень любил в этих разговорах, так это касаться своего подвига на острове Даманский, за который ему было присвоено высокое звание Героя Советского Союза. И если кто-то заводил разговор об этом пограничном конфликте, то он старался быстрее его закончить, избегая особых подробностей о случившемся на советско-китайской границе. Думаю, что это было проявлением порядочности и скромности с его стороны.

Наше дружеское застолье чередовалось с периодическим посещением бани и купанием в прохладных водах Финского залива, чему способствовала достаточно теплая погода. Незаметно наступило утро, и мы в приподнятом настроении отправились назад в Сосновый Бор. По дороге остановились на уютной солнечной полянке и около часа понежились на теплом утреннем солнце. У Юрия Васильевича возникла шальная мысль пригласить сюда наших жён, в связи с этим в город по нужным адресам был отправлен уазик с бойцом. Машина, естественно, вернулась пустой, а загулявшие начальники, появившись в своих квартирах, были встречены соответствующим образом, и я не оказался здесь исключением.



На совещании в Москве

В июле 1981 года меня и директора станции Н.Ф. Луконина пригласили в Москву на совещание в ЦК КПСС по вопросам развития атомной энергетики. И хотя я уже несколько раз бывал  на Старой площади, участвуя во встречах с секретарями парткомов,  которые ежегодно проводило руководство Отдела оборонной промышленности, на таком серьезном и важном мероприятии оказался впервые.

14 июля в большом зале заседаний на пленарное заседание собрались хозяйственники и партийные работники, представлявшие весь спектр научных, конструкторских и проектных организаций, заводов-изготовителей оборудования, предприятий атомной промышленности и АЭС, министерств и ведомств, имеющих непосредственное отношение к проблемам атомной отрасли и энергетики.

В президиуме совещания руководители партии и правительства: Суслов М.Я., Кириленко А.П., Тихонов Н.А., Соломенцев М.С., Дымшиц Э.В., Байбаков Н.К.; министры и ученые: Непорожний П.С., Славский Е.П., Кротов В.В., Брехов К.И., Александров А.П., Марчук Г.И. и другие.

Открыл совещание Михаил Андреевич Суслов, который передал всем его участникам привет от Л.И. Брежнева. С основным докладом выступил член Политбюро ЦК, секретарь ЦК КПСС Андрей Павлович Кириленко, курировавший промышленность.

Докладчик напомнил о сложных задачах, стоящих перед атомной и энергетической отраслями – в XI пятилетке предстоит ввести 25 млн кВт мощностей АЭС (дополнительно к имевшимся 14 млн кВт). Все пусковые объекты должны быть введены в строй своевременно.

…Но существует много проблем – налицо хроническое невыполнение планов по вводу мощностей. В X пятилетке программа не довыполнена на 250 млн рублей. В 1980 году каждая вторая стройка не выполняет план. В текущем году около трети строек не осваивают выделенные средства, в том числе Курская, Смоленская, Южно-Укра- инская, Ровенская АЭС…

…Основные причины: отсутствие необходимых условий для строителей и энергетиков, слабая механизация труда, большая текучесть кадров (в 1980 г. со строек ушел каждый четвертый работник).

…Идет много проектных доработок, происходит удорожание сметной стоимости – отечественные АЭС дороже зарубежных станций (в прошлом году удорожание по всем АЭС составило 850 млн руб.) Назрел вопрос о создании специального института по проектированию АЭС…

…Проблемы с материально-техническим снабжением. Нужен хозяйский подход к народному добру. Резервы есть, их надо использовать. Дело не объективных причинах, а в наших недоработках и, прежде всего, Минэнерго...

…Нужен неослабный партийный контроль строительства АЭС. В этом плане хорошо работают Ленинградский, Киевский и Мурманский обкомы КПСС...

…Серьезные недостатки у энергомашиностроителей. Закупаем за границей регулирующую арматуру, тогда как её можно успешно делать у Кротова В.В. и Брехова К.И. На АЭС происходят отказы оборудования из-за низкого качества, в атомной энергетике допущено серьезное отставание в области управления и автоматизации про- цессами…

Концовка доклада была посвящена вопросам строительства ТЭС и ГЭС в энергокомплексах Сибири и Казахстана.

Я обратил внимание на то, что докладчик практически все время выступал, не отрываясь от текста. Лишь изредка он делал короткую паузу, бросал взгляд в зал, и терял свою мысль. Возвратившись к тексту, не сразу мог найти нужную строчку. В одном из таких случаев, говоря о поставках топлива на ТЭС, он так и не смог найти  в тексте это слово и после мучительных поисков употребил другое выражение – «корм для электростанций». Мы с директором громко фыркнули, как и многие наши соседи по залу.

Начались прения по докладу. Первым выступал министр энергетики электрификации СССР П.С. Непорожний. Давая характеристику состояния дел по 14-ти стройкам АЭС, он самокритично признал недоработки своего министерства, одновременно похвалив Минсредмаш за ЛАЭС и ИАЭС. Объяснил удорожание строительства пере- ходом  на международные нормы ядерной безопасности, высказался o необходимости увеличения числа строителей на 25 тыс. человек, критиковал Госплан и Госснаб за нехватку механизмов и материалов на стройках. Закончил своё выступление Пётр Степанович призывом поднять строительство АЭС до уровня общегосударственной задачи.

Следующим выступил Н.И. Рыжков, заместитель председателя Госплана  СССР.  Дал общую оценку состояния строительства АЭС и «отфутболил» назад в Минэнерго критику П.С. Непорожнего, приведя серьезные примеры. Так, Смоленскую АЭС строят уже более 10 лет, и ни разу не был выполнен годовой план по стройке. Горьковской АСТ не будет в 1982 г. и тем более Воронежской АСТ по вине Минэнерго.

Министр энергомашиностроения Кротов В.В. подчеркнул, что в атомной энергетике отсутствует должная научная координация работ и призвал быстрее разработать унификацию оборудования для АЭС. В стиле «пинг-понга» министр ответил своей критикой Минэнерго и Госплану. Высказал серьезные претензии П.С. Непорожнему по строительству второй очереди завода «Атоммаш». «Всем всё надо, притом от других!», – с обидой закончил он своё выступление.

– Слово предоставляется товарищу Александру Анатольевичу, – председательствующий запнулся, пытаясь разобраться в именах и падежах фамилии академика, – Петровичу, – закончил он, наконец, сложную для него фразу.

Улыбнувшись этой милой «нелепости», на  трибуну  вышел А.П . Александров, президент АН СССР, директор ИАЭ имени Курчатова. Быстрое развитие атомной энергетики в стране происходит без должного развития атомной базы. Нельзя «заваливать» производство природного урана – освоение его добычи составляет 10-15 лет. Говоря о надежности оборудования для АЭС, академик высказал упрек Кротову В.В. – качество стали и качество сварки корпусов реактора находится не на должном уровне и снижает их срок службы.

В своем выступлении министр среднего  машиностроения  Е.П. Славский положительно отозвался о работе Ленинградской АЭС. Рассказал о проблемах с производством ядерного топлива и путях их решения. Ефим Павлович высказал свои претензии к Госплану СССР за то, что тот не только не снимает с МСМ строительство «чужих» дел, но и добавляет их объемы.

Выступивший затем 1-й секретарь Ровенского ОК КПУ Карбанов коротко доложил об успехах и подробно рассказал про свои беды.

Министр химического и нефтяного машиностроения СССР Брехов К.И. в свою очередь похвалился успехами и «поплакался» о своих бедах.

Шкабардня М.С., министр приборостроения, поведав вначале  о работе отрасли по обеспечению атомной энергетики необходимым оборудованием, пожаловался затем на отставание в строительстве базы приборостроения. Поддержал предложение академика Александрова о распространении на атомную энергетику элементной базы оборонной промышленности. Сообщил, что с 1981-83 гг. на АЭС (вначале на Игналинскую и Смоленскую, а затем на все другие) пойдут новые пульты управления с дисплеями.

Начальник объединения «Атомэнерго» Минэнерго СССР Невский В.П. – В настоящее время себестоимость электроэнергии в объединении в среднем составляет 0,76 коп./кВт·час. Потери на АЭС находятся в пределах 8% от выработки. Причина – аварии и остановки по вине персонала. Необходимо установить должностные оклады на АЭС выше на 15-20% чем на ТЭС, а жилплощадь в поселках АЭС сделать служебной. Обратился с просьбой к А.П. Кириленко о дополнительных поставках станочного оборудования. В ответ реплика А.П. Кириленко: «Станки делайте в министерстве сами». Предложил создать правительственный орган, который координировал бы все вопросы, связанные с атомной энергетикой.

Первый зампред Госстроя СССР Боровой А.А. – Не нужно создавать никакого правительственного органа, этим должно заниматься Минэнерго само. Непорожний плохо строит, нет системы в строительстве. Снова о Смоленской АЭС: строится уже 10 лет, а вот Славский построил ЛАЭС как надо. По всем АЭС идет увеличение стоимости – 1 кВт мощности стоит 1 млн руб. Это очень плохо.

Выступившие затем Вороновский Г.П., 1-й заместитель министра электротехнической промышленности, Рева Б.И., начальник управления строительства Смоленской АЭС, Косяк Ю.Ф., главный конструктор  ХТГЗ,  Фомин Б.И.,  гендиректор  ленинградского  завода «Электросила» и Ермолаев А.Н., секретарь Курского обкома КПСС не внесли ничего нового, в основном говорили о своих делах и проблемах. Лучше всех из них выступил харьковчанин Косяк Ю.Ф., чьи турбогенераторы отлично трудились на ЛАЭС имени В.И. Ленина. На этом пленарное заседание завершилось.

Кстати, Суслов М.А. покинул его сразу после доклада А.П. Кириленко, который и руководил затем ходом заседания.

На следующий день, 15 июля, прошли утренние заседания по секциям. Мы с Н.Ф. Лукониным работали на секции «Эксплуатация АЭС», которое проходило в ЦДУ ЕЭС Минэнерго под председательством Ф.Я. Овчинникова, заместителя министра энергетики.

Вначале выступил начальник управления Энергосистемы Юга Целемон, который остановился на технических особенностях взаимодействия энергосистемы с атомными электростанциями в условиях нормальной работы и аварийных режимах.

Выступивший  затем  замдиректора  НИКИЭТ  Ю.М.  Черкашов рассказал об опыте эксплуатации АЭС с РБМК.

Вопросы работы Армянской АЭС и её проблемы поднял директор станции Карачян.

Затем слово взял начальник ЦДУ ЕЭС Максимов А.И. Он отметил напряженное состояние с энергетикой в целом. Уже летом т.г. энергосистема вынуждена отключать потребителей. Налицо дефицит угольного топлива на ТЭС, плохо идут дела по КАТЭКу и Экибастузу. Высказал сомнения по вводу новых блоков АЭС в 1981 году.

Затем   выступили   Батуров   Б.Б.,   гендиректор   объединения «Энергия» и Алексеев С.Н., председатель Госгортехнадзора СССР с довольно блеклыми и стандартными рассказами о своих делах.

Слово взял Н.Ф. Луконин, который коротко доложил об опыте эксплуатации Ленинградской АЭС и высказал обоснованную критику в адрес машиностроителей в связи с большим количеством дефектов оборудования, поступающего на АЭС.

Выступившие затем директора Кольской АЭС (Волков А.П.), Белоярской АЭС (Малышев В.М.), Южно-Украинской АЭС (Фукс В.П.) и секретарь парткома Курской АЭС Денисламов А.Д. остановились на вопросах работы действующих энергоблоков и доложили о ходе строительства новых мощностей.

В работе секции принял также участие и выступил ряд директоров научных и проектных институтов, приведшие некоторые интересные данные о новых разработках в области атомной энергетики. Работа секции завершилась, и участники отправились на обеденный перерыв.

После обеда в здании ЦК КПСС открылось второе пленарное заседание под председательством А.П. Кириленко. Было заметно, что ряды президиума заметно поредели.

Заместитель министра энергетики и электрификации Овчинников Ф.Я. коротко доложил о работе секции «Эксплуатация АЭС». Снова заострил внимание на низком качестве оборудования, поставляемого на АЭС. Говорил о необходимости ускорить строительство новых ЛЭП к АЭС, что повысит их устойчивость и надежность работы в энергосистеме.

Семенов Ю.К., заместитель министра энергетики и электрификации, рассказал о работе секции «Строительство АЭС». Высказал предложение Минэнерго по совершенствованию структуры энерго- строительных организаций в стране, более широкому привлечению к сооружению атомных станций общестроительных организаций.

Зампред Госплана Синюков поделился впечатлениями от работы секции «Машиностроение для атомной энергетики».

Слово берет Антонов А.К., заместитель Председателя Совмина СССР. Следует более трезво оценивать обстановку, пятилетка только началась, а уже идет отставание. Нужен комплексный график строительства каждой АЭС, включающий в себя как позиции строителей и энергомашиностроителей, так и социальную сторону. Для повышения качества и надежности оборудования необходимо усиливать приёмку, но главное – улучшать технологию и технологическую дисциплину.

Дымшиц Э.В., заместитель председателя Совмина СССР. Серьезную тревогу вызывает состояние топливно-энергетического баланса. За XI пятилетку АЭС должны высвободить 200 млн т органического топлива. Уровень строительства АЭС не соответствует сегодняшним требованиям. Высказал серьезную критику в адрес стро- ителей КАЭС и ЮУАЭС, проектировщиков Минэнерго и лично в адрес министра В.В. Кротова. Говоря об эксплуатации АЭС, подчеркнул, что культура эксплуатации атомных электростанций должна быть выше сегодняшнего уровня.

С заключительным словом выступил член Политбюро ЦК, секретарь ЦК КПСС Андрей Павлович Кириленко. Он подвел итоги совещания и подробно остановился на некоторых выступлениях.

К сожалению, и в своем заключительном слове он не сумел избежать досадных оговорок, свидетельствовавших о проявлениях деменции или, попросту говоря, старческого маразма. Уважаемый секретарь ЦК часто ошибался в ударениях фамилий выступавших руководителей. В заключении уже уставшим голосом он выдал оче- редной перл: «Я думаю, что мы … пример, … примьём …примем все необходимые меры…».

На этом двухдневное совещание по вопросам развития атомной энергетики завершилось, и все его участники отправились по домам, полные впечатлений от увиденного и услышанного.

Завершение строительства ЛАЭС

Вернувшись из Москвы, я еще не раз возвращался в своих мыслях к этому неординарному мероприятию, в котором мне довелось участвовать.

С одной стороны, моему самолюбию, несомненно, льстил тот факт, что довелось увидеть своими глазами и послушать практически большинство партийных и хозяйственных руководителей страны. Было приятно услышать на столь высоком уровне и положительную оценку работы нашего предприятия.

С другой стороны, я был откровенно поражен картиной реальной ситуации в нашей отрасли и в экономике страны в целом. Складывалось впечатление, что яркие лозунги типа: «Планы партии – планы народа!», «Решения …. съезда претворим в жизнь!» и т.п. не работают в должной мере не только внизу,  но и вверху.  Невыполнение решений Политбюро ЦК КПСС, перепалка министров и руководителей ведомств, попытки свалить вину на других – всё это явилось большим откровением для наивного секретаря парткома, бывшего начальника смены станции, привыкшего к исполнительской и партийной дисциплине.

Да, реальная жизнь это сложная штука, в которой не всегда сразу разберешься. Она явно далека от той лубочной картины, которую нередко нам преподносит пропаганда. В любом случае нам здесь, на местах, надо делать своё дело добросовестно и честно, а там, на верху, надеюсь «примут необходимые меры».

6 августа 1981 года произведена первая перегрузка топлива на работающем реакторе четвертого блока с помощью РЗМ

29 августа 1981 года четвертый энергоблок ЛАЭС имени В.И. Ленина был выведен на проектный уровень мощности 1 млн квт. Вступила в строй крупнейшая в мире атомная электростанция мощностью 4 млн кВт с уран-графитовыми реакторами кипящего типа. Это явилось большим достижением всех участников строительства Ленинградской атомной.

Через некоторое время мне поступила команда из нашего горкома партии готовить проект очередного, уже третьего по счету, поздравления Генерального секретаря ЦК КПСС.

Это ответственное задание оказалось не таким уж сложным. Взяв за основу два предыдущих приветствия Л.И. Брежнева, я составил текст нового документа, добавив в него несколько свежих мыслей о работе энергетиков и нашем молодом городе Сосновый Бор. Мой черновой вариант поздравления ушел в горком партии и дальше по инстанции добрался до Москвы.

30 сентября 1981 года ЦК КПСС поздравил строителей, монтажников, эксплуатационников, машиностроителей, ученых, проектировщиков с большой трудовой победой – завершением строительства Ленинградской атомной электростанции имени В.И. Ленина и досрочным выводом ее на проектную мощность – 4 млн кВт.

По этому случаю в Сосновый Бор прибыли член Политбюро ЦК, первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Г.В. Романов, Президент Академии наук СССР А.П. Александров, заместитель министра среднего машиностроения А.Г. Мешков.


Высокие гости посетили действующий четвертый энергоблок станции, где ознакомились с работой основного оборудования, побывав на БЩУ-4, в ЦЗ-4 и машинном зале второй очереди. Затем здесь же, на второй очереди станции состоялся торжественный митинг строителей, монтажников и эксплуатационников.

Романов Г.В. зачитал текст поздравления Л.И. Брежнева, в котором я с удовольствием отметил целые фразы, написанные мною и не подвергшиеся никакой корректировке. После этого он под аплодисменты присутствующих передал приветствие Л.И. Брежнева руководству электростанции.

Митинг окончен. Гости и сопровождавшие их лица большой группой покидают трибуну. Я иду впереди, рядом с Г.В. Романовым, бережно прижимая красную папку с приветствием Генерального секретаря ЦК КПСС.

8 декабря 1981 года досрочно, в честь Дня энергетика, коллектив Ленинградской АЭС выполнил социалистические обязательства – с начала пуска выработано 100 млрд киловатт-часов электроэнергии

В конце января 1982 года умер секретарь ЦК КПСС М.А. Суслов. 28 января во время церемонии прощания с ним в колонном зале Дома Союзов случился очередной сердечный приступ у первого заместителя министра среднего машиностроения СССР Николая Анатольевича Семёнова, который стал для него последним. Мы с Н.Ф. Лукониным специально приехали в Москву и присутствовали на гражданской панихиде прощания с Н.А. Семеновым в большом ритуальном зале Центральной клинической больницы (ЦКБ).

В 1971 году Н.А. Семёнов был назначен на должность 1-го заместителя министра среднего машиностроения СССР. Под его руководством велось строительство Ленинградской атомной электростанции и многих других объектов.

Практически все строительство и пуск Ленинградской атомной находились под прямым контролем Н.А. Семёнова. Станция стала его вторым рабочим местом. Когда на Ленинградской АЭС на 1-м энергоблоке возникла аварийная ситуация с разрушением технологического канала, первый заместитель министра Н.А. Семёнов лично возглавил ликвидацию аварии, что привело получению им большой дозы облучения. Немало было и других сложных ситуаций. В 1977 году у него случился второй инфаркт.

Н.А. Семёнов был категорическим противником передачи атомных электростанций Министерству энергетики, настойчиво оппонировал в этом вопросе министру Е.П. Славскому и другим. Он утверждал, что этого делать нельзя, что это может плохо кончится. Но его, как известно, не послушали.

Авторитет и заслуги Н.А. Семенова в атомной отрасли были очень высоки, проститься с ним пришли сотни людей, отдавая последние почести видному деятелю советской промышленности, талантливому инженеру и руководителю. Запомнилось целое море цветов и венков в зале ЦКБ, в числе которых был и венок от имени энергетиков ЛАЭС имени В.И. Ленина, а также огромная вереница черных служебных автомобилей и автобусов, растянувшаяся по пути к месту похорон на Троекуровском кладбище. Светлая память о Николае Анатольевиче Семенове навсегда сохранится у тех, кто имел счастье работать вместе с ним.

26 февраля 1982 года я был вместе с небольшой группой сосновоборцев приглашен на собрание актива Ленинграда и области. Собрание проходило в Таврическом дворце. Впервые на таком серьезном мероприятии у секретаря парткома и директора атомной электростанции  оказались места в президиуме собрания. Конечно, это было связано с успешным вводом мощностей Ленинградской АЭС имени В.И. Ленина.

Собрание актива обсудило обращение рабочих–делегатов XXVI съезда КПСС ко всем трудящимся Ленинграда и области с предложением пересмотреть ранее принятые обязательства и за счет повышения производительности труда и качества продукции, экономии материальных ресурсов досрочно выполнить личные пяти- летние планы. Были намечены организационные и политические меры по широкому распространению в трудовых коллективах этой инициативы.

20 июня 1982 года в Ленинграде и области состоялись выборы в местные советы народных депутатов. Меня выдвинули кандидатом в депутаты  теперь  уже  по избирательному округу №65, и я вновь был избран депутатом Сосновоборского городского Совета народных депутатов восемнадцатого созыва.

Прошло два года после нашей поездки в Крым, и нас опять потянуло в теплые края. Жене и дочери понравился наш отдых в 1980 году, и они не прочь были снова оказаться на Черном море. Тем более, что сын Александр там еще не был. Я взял отпуск в июле, и мы всей семьей отправились в Крым. Отчет об этой поездке размещен по адресу: Крым. На автомобиле в Рыбачье. 1982 год

Череда важных событий

10 ноября 1982 года в ДК «Строитель» проходило торжественное собрание, посвященное Дню советской милиции. Я сидел в президиуме рядом с Л.Г. Перекрестовым. В какой-то момент начальника городского одела КГБ Трифонова В.С., также сидевшего в президиуме собрания, вызвали из зала. Вернувшись, он сообщил что-то первому секретарю горкома, и они оба прошли за кулисы сцены. Я тоже вышел за ними. Взволнованный В.С. Трифонов рассказал, что из Москвы по линии спецсвязи пришел сигнал «Ч» – объявление повышенной готовности. Это означало, что произошло какое-то важное событие. Мы предположили, что кто-то «вверху приказал долго жить», неужели сам Леонид Ильич!

Мы проехали в горком партии, и оттуда по ВЧ-связи удалось подтвердить свои предположения. Это было, конечно, хоть и вполне ожидаемое, но все же неординарное политическое событие. Теперь было важно посмотреть, кто возглавит похоронную комиссию. По существовавшей традиции Политбюро ЦК таким образом обозначало своего будущего руководителя.

И вот пришло известие, что председателем комиссии по организации похорон Л.И. Брежнева назначен секретарь ЦК КПСС по идеологии, недавний председатель КГБ СССР Юрий Владимирович Андропов. Я поздравил В.С. Трифонова с таким «ответственным» назначением его бывшего шефа, который уже через два дня, 12 ноября 1982 года,  занял пост Генерального секретаря ЦК КПСС.

11 декабря 1982 года опубликовано сообщение о том, что по итогам Всесоюзного юбилейного соревнования в честь 60-летия образования СССР город Сосновый Бор награжден переходящим Красным знаменем ЦК КПСС Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ 

3 февраля 1983 года, к 80-летию со дня рождения, трижды Герою Социалистического Труда, лауреату Ленинской и Государственной премий академику А.П. Александрову было присвоено звание Почетного гражданина города Сосновый Бор. Официальная церемония и награждение А.П. Александрова памятной медалью состоялось несколько позже во время  очередного посещения им города.

Рано утром 15 февраля 1983 года мы с директором  Н.Ф. Лукониным на «Красной стреле» приехали в Москву на очередное заседание расширенной коллегии Министерства среднего машиностроения СССР. После окончания заседания коллегии мы оба были приглашены  в  ИАЭ  имени Курчатова на чествование юбиляра А.П. Александрова в довольно узком кругу представителей Минсредмаша. Мероприятие проходило в небольшом и уютном помещении института с современным интерьером, предназначенном для приема иностранных делегаций.

Среди участников этой теплой и дружеской встречи были министр Славский Е.П., заместитель министра Мешков А.Г., вице-президент АН СССР Велихов Е.П., несколько начальников главков и директоров предприятий (всего не более дюжины человек). Чествование юбиляра затянулась допоздна. Звучали поздравления Анатолию Петровичу, дружеские тосты. Николай Фёдорович Луконин передал горячий привет от сосновоборцев Почетному гражданину города и поздравил его с юбилеем.

Ефим Павлович Славский, слегка расслабившийся после приема пары рюмок водочки, снова вспомнил о своей молодости. Двадцатилетним юношей он воевал на фронтах Гражданской войны в составе первой Конной армии С.М. Буденного и рассказал один из эпизодов этого периода. Кстати, тему своего участия в конармии Буденного он затрагивал однажды и на заседании коллегии министерства, но схематично, в отличие от эмоциональных воспоминаний за этим праздничным столом.

Поздно вечером в приподнятом настроении мы с Николаем Федоровичем отправились отдыхать в  свою  гостиницу  на  наб. М. Горького. На следующее утро у меня было очередное совещание в Отделе оборонной промышленности ЦК КПСС.

Прошло всего полмесяца, и на ЛАЭС случилось важное событие – наш директор Луконин Н.Ф., который 3 марта только что отметил свое 55-летие, приказом министра Славского Е.П. был назначен директором строящейся Игналинской АЭС в Литве. В коллективе устроили ему торжественные проводы, пожелали больших успехов на новом месте работы.


Уже 9 марта 1983 года Николай Федорович прибыл в город Снечкус на Игналинскую АЭС и приступил к работе в новой должности, сменив первого директора Константина Захарова.

Забегая вперед, отмечу, что 1 мая 1984 года был успешно введен в эксплуатацию первый энергоблок Игналинской АЭС с реактором РБМК-1500. А 2 августа 1985 г. за выдающиеся достижения в развитии советской атомной промышленности Н.Ф. Луконину присвоено звание Героя Социалистического труда.

В Ленинградской ВПШ. Новый поворот в жизни

Еще в сентябре 1980 года я по рекомендации  обкома  партии поступил учиться в Ленинградскую высшую партийную школу (ЛВПШ) на заочное отделение. Конечно, приятно было иметь второе высшее образование, но всё-таки главным здесь было желание получить новые знания по общественным и экономическим дисциплинам, быть в курсе сегодняшней общественно-политической жизни и её основных тенденций.

Справка. Ленинградская высшая партийная школа ведёт свою историю от Петроградской высшей партийной школы (основана в 1918 г.), которая с 1920 действовала в составе Коммунистического университета имени Г. Е. Зиновьева. Среди лекторов университета — А. В. Луначарский, В. Володарский, В. И. Невский, Е. В. Тарле, М. Н. Покровский и др. К 1933  г. Коммунистический университет выпустил свыше 18 тыс. партийных, советских и хозяйственных работников. В 1935 г. ЛВПШ была закрыта вместе с Коммунистическим университетом.
Воссоздана в 1944 году как одногодичная партийная школа при Ленинградском обкоме и горкоме ВКП(б) с размещением в Таврическом дворце.
В августе 1946 года преобразована в двухгодичную партийную школу при Ленинградском обкоме и горкоме ВКП (б).
В 1953 году преобразована в трёхгодичную партийную школу при Ленинградском обкоме КПСС.
С 1956 года учебное  заведение получило  название Ленинградская высшая партийная   школа (ЛВПШ) с отделениями очным (2-4 года обучения), заочным и  вечерним (3 года обучения).
В ЛВПШ ежегодно обучались и повышали квалификацию 6-8 тыс. партийных и советских работников, журналистов.
Приём в школу членов партии (со стажем не менее трёх лет) осуществлялся по рекомендации ЦК КП союзных республик, обкомов и крайкомов КПСС. Дополнительным требованием к абитуриентам был опыт партийной, советской, комсомольской, журналистской работы или проявленные организаторские способности в выборных партийных и советских органах.

В  здании  ЛВПШ  в Таврическом дворце прошло собеседование в приемной комиссии, после чего я был зачислен на заочное отделение в группу 333. В нашей группе было 20 человек, из них семеро представляли ЦК компартий Литвы, Эстонии и Латвии, а 13 слушателей – обкомы партии северо-западных областей России.

Основное обучение слушателей проходило дома по специальным программам. А дважды год нам всем вместе предстояло собираться в Ленинграде для прослушивания лекций, участия в семинарах и сдачи зачетов и экзаменов.

Безусловно, моя заочная учёба требовала определенных усилий и затрат личного времени. Кроме того, что я постоянно находился в гуще политической и общественной жизни, города, области и страны, необходимо было освежать свои знания теории политэкономии, научного коммунизма, истории партии и др. общественных дис- циплин. В этом деле основной упор делался на семинары и лекции, которые слушатели заочного отделения посещали в Таврическом дворце дважды в год во время зимней и летней учебных сессий.

Как правило, мы собиралась в Ленинграде на две недели, размещались в гостинице обкома партии и ежедневно ходили в Таврический дворец на лекции и семинарские занятия. В ЛВПШ преподавало много именитых профессоров, экономистов, историков, научных работников. Мы получали от них самые актуальные новости по конкретным теоретическим дисциплинам, а также разнообразную информацию о политике и жизни общества.

Так, здесь я впервые официально услышал о Герое Советского Союза Рамоне Меркадоре, выполнившим ответственное задание по ликвидации в августе 1940 года Льва Троцкого, узнал об истории появления и подлинных авторах трилогии Л.И. Брежнева «Малая Земля», «Целина», «Возрождение» и многих других подобных вещах.

Во время этих сессий мы в своей группе много общались друг с другом. Как я отмечал выше, мои коллеги по учебе представляли различные областные парторганизации Северо-Запада, а семь человек – прибалтийские республики. Надо отметить, что партийные работники из Прибалтики уже в то время проявляли свое отличное от нас, россиян, отношение к положению дел в партии и стране, высказывая довольно смелые и неординарные мысли. Иногда их шутки на политические темы попадали точно в цель. Одна из них: нынешнее время – это три «П» – Пятилетка Пышных Похорон. Зачастую в рассуждениях моих приятелей-прибалтов проскальзывало неприкрытое снисходительное и пренебрежительное отношение к центральной партийной и государственной власти, что не совсем вязалось с их партийным статусом. Но, в общем-то, в большинстве своем они были нормальными и компанейскими ребятами.

Будучи на третьем курсе, мы услышали от нашего профессора, преподававшего политэкономию, что в научных кругах обществоведов долго искали способ объяснить ситуацию с недостижимостью светлого коммунистического будущего. Была предложена концепция «развитого социализма». Что это такое, никто нам не мог толком объ- яснить, но все согласились, что пора из эпохи «строительства коммунизма» переходить к чему-то новому.

Во время учебы в ЛВПШ мне пришлось сдать экзамены и зачеты по пятнадцати дисциплинам.

Кроме того, я выполнил и защитил на «отлично» курсовую работу на тему: «Работа парторганизаций по мобилизации коллективов на улучшение использования основных производственных фондов, ускорение ввода в действие и освоение новых мощностей». С оценкой «хорошо» я написал реферат на тему: «Сущность хозрасчета и его совершенствование в современный период».

В июне 1983 года все слушатели-заочники ЛВПШ собрались в Ленинграде на заключительную выпускную сессию. Подошло время окончания нашей учебы и сдачи государственных экзаменов по истории КПСС, политической экономии и марксистско-ленинской философии. Я сдал все госэкзамены на «отлично».

Завершение нашей учёбы совпало с большими событиями в партии и стране.

14-15 июня 1983 года в Москве состоялся очередной Пленум ЦК КПСС, обсудивший актуальные вопросы идеологической, массово-политической работы. Пленум определил стратегию КПСС в той сфере деятельности, главное содержание которой — формирование нового человека.

Пленум рассмотрел организационные вопросы. Пленум вывел из состава ЦК КПСС бывшего министра МВД Николая Щелокова и первого секретаря Краснодарского крайкома Сергея Медунова «за допущенные ошибки в работе». При Брежневе такие формулировки были немыслимы. Обоих наказали за взяточничество. Щелокова исключили из партии и лишили всех наград, кроме боевых. Позднее, осенью 1984 года он застрелился. Медунова просто понизили в должности до замминистра плодоовощного хозяйства.

Пленум избрал члена Политбюро ЦК КПСС, первого секретаря Ленинградского обкома партии Г.В. Романова секретарем ЦК КПСС.

16 июня Генеральный секретарь ЦК КПСС Ю.В. Андропов избирается Председателем Президиума Верховного Совета СССР.

17 июня 1983 года в Таврическом дворце Ленинграда состоялся  торжественный выпуск слушателей, на котором нам вручили дипломы о получении высшего партийно-политического образования. Я получил красный   диплом «с отличием» и соответствующий нагрудный знак выпускника гуманитарного вуза.

За три года учебы  все  слушатели  нашей  группы  привыкли друг к другу, и многие даже сдружились. Расставаться нам было грустно, но обстоятельства требовали вернуться каждому на своё место и продолжать работу на партийной ниве, К этому нас побуждали и решения только что прошедшего Пленума ЦК КПСС.


Мы сфотографировались на память у входа в свою «альма-матер», затем слегка отметили окончание учебы в общежитии. Я предложил своим коллегам на следующий день поехать ко мне в гости, на что большинство сразу согласилось.

По приезду в Сосновый Бор я организовал своим друзьям большую познавательную экскурсию по городу, затем мы проехали на ЛАЭС. Конечно, посещение атомной электростанции и рассказ о ней человека, имевшего непосредственное отношение к строительству и пуску энергоблоков, произвело на них впечатление.

Окончательно «добил» я своих друзей, когда повез их на товарищеский ужин на лоно природы. Ещё накануне я договорился с руководством Северного управления строительства использовать в этих целях т.н. «дачу Александрова». В свое время за городом в красивом сосновом лесу на берегу Финского залива были построены два скромных деревянных гостевых коттеджа. Один из них принадлежал НИТИ, другой СУС. Для прикрытия их называли «дачей Александрова». Здесь бывали и сам академик, и многие высокие гости из Москвы, в т.ч. А.Н. Косыгин. Посещали «дачу Александрова» во время своих визитов в Сосновый Бор и некоторые работники Ленинградского обкома партии. Вот только строгого и чопорного Г.В. Романова туда никто не рискнул пригласить.

В течение нескольких часов выпускники ЛВПШ за праздничным столом (всё-таки у нас действительно был праздник!) в непринужденной обстановке общались друг с другом, вспоминали «минувшие дни», гуляли между соснами и по берегу залива. Полные впечатлений от экскурсии по городу и электростанции, от прекрасного отдыха на природе, они благодарили меня и наперебой приглашали к себе в гости. Придёт время, и я смогу побывать у некоторых из них, но это будет гораздо позже. А сейчас меня ожидали новые удивительные события.

21 июня 1983 года на Пленуме Ленинградского ОК КПСС Г.В. Романов был освобожден от обязанностей первого секретаря обкома партии. Первым секретарем Ленинградского ОК КПСС был избран Зайков Лев Николаевич, работавший ранее председателем исполкома Ленинградского городского Совета народных депутатов.

В конце июня я вместе с Л.Г. Перекрестовым приехал в Ленинградский обком КПСС на беседу с секретарем обкома П.П. Можаевым, который меня «благословил» на новую работу.

30 июня 1983 года состоялся пленум Сосновоборского горкома партии, рассмотревший задачи партийных организаций г. Сосновый Бор по совершенствованию идеологической, массово-политической работы, вытекающие из решений июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС.

Пленум Сосновоборского горкома КПСС рассмотрел организационный вопрос. В связи с избранием секретаря горкома партии С.К. Бычкова председателем исполкома городского Совета народных депутатов он был освобожден от занимаемой должности. Секретарем городского комитета партии единогласно избран В.М. Бабанин, работавший ранее секретарем парткома ЛАЭС имени В.И. Ленина.

Таким образом, моя судьба сделала очередной зигзаг – начинался новый и неожиданный, но в известной степени закономерный этап моей жизни и трудовой деятельности. Теперь я уже окончательно разрывал узы, до сих пор ещё связывавшие меня с моим родным предприятием – Ленинградской атомной электростанцией имени В.И. Ленина.

→ Назад в раздел "Работа"

 





Количество показов: 2159
rating:  3.75

Возврат к списку